Марина Гайкович
Малеровскую симфонию Альбина Шагимуратова не раз исполняла и даже записала с Госоркестром Республики Татарстан. Фото предоставлено пресс-службой оркестра
Свою новую программу исполнил в Москве Госоркестр Республики Татарстан. В рамках персонального абонемента музыканты под управлением художественного руководителя и главного дирижера Александра Сладковского представили программу музыки Мендельсона и Малера. В концерте приняли участие пианист Джордж Харлионо и певица Альбина Шагимуратова.
Филармонический абонемент оркестра в этом году любопытным образом концентрируется вокруг симфоний с номером четыре: в октябре прозвучал опус Брукнера, в марте запланирован Шостакович. В только что сыгранном концерте прозвучали сразу две четвертые симфонии – Мендельсона и Малера. Совпадение это или нет, но программы, которые реализует маэстро Сладковский – при участии продюсера Алексея Пилюгина, который участвует в концептуальной разработке всего сезона, включая и гастрольные проекты, – всегда представляют интерес и выбором пьес, и их сочетанием. Мендельсон и Малер, два музыкальных мира: один – по-детски открытый, искренний, полный очарования и восторга, другой – поднимающий вечный малеровский вопрос о жизни и смерти, о земных страданиях и вечной жизни, только через тему детства, а потому они еще более болезненны.
Так – как кажется – мыслит Александр Сладковский. «Итальянская» симфония Мендельсона, сочинение, отразившее путевые впечатления композитора от путешествия в Италию, лучилось энергией тарантеллы, умиротворением шествия паломников, лирическим настроением пейзажей. Первый фортепианный концерт вместе с оркестром исполнил пианист Джордж Харлионо, и это было попадание в яблочко: музыканты трактуют эту музыку как виртуозную пьесу, изящную в медленной части и искрометную в быстрых. Пианист, который на конкурсе имени Чайковского очаровал Москву своей открытостью и искренностью, безусловно, в сочетании с профессиональным совершенством (и жюри – Харлионо занял второе место), в Концерте Мендельсона проявил свои сильные стороны – виртуозность, помноженную на вдохновение. С Госоркестром Республики Татарстан его связывает крепкая дружба, а Александра Сладковского (вместе с Владимиром Ашкенази, у которого много занимался) он называет одним из немногих музыкантов, повлиявших на его музыкантское взросление. Харлионо вспоминает свой дебют во Втором концерте Рахманинова со Сладковским, где он, совсем молодой пианист, проявил упорство в отстаивании своей интерпретации, дирижер – опыт и умение искать пути из сложной ситуации во благо результата. В их исполнении Концерта Мендельсона, кажется, было абсолютное взаимопонимание, свобода, которая позволяет солисту принимать «пас» дирижера, вести художественный диалог. Англичанин оказывается близок русской публике – его моцартовская легкость приходится по душе слушателю, и публика воспринимает его как «своего». Ну а когда на бис начинают звучать мелодии Евгения Птичкина («Эхо любви») и Микаэла Таривердиева («Маленький принц») в его собственной транскрипции для фортепиано, публика заходится от восторга, зал заходится овацией, а Харлионо подобно оперной примадонне не в силах удержать пышные букеты.
Эта кульминация в первом отделении неожиданно стала и мостиком ко второму: трепетная печаль «Маленького принца» откликнулась в Четвертой симфонии Малера, в ее сложной концепции, устремленной к радостям рая, но омрачаемой ценой их достижения. Первые части симфонии в трактовке оркестра не наивны и безоблачны, скорее сумрачны и противоречивы. Финал же – где появляется небесное сопрано Альбины Шагимуратовой (эту партию она уже не раз исполняла и даже записала с этим оркестром и с разными дирижерами) – взывает к утешению, так необходимому сегодняшнему трагическому миру.
