России нужен рыночный "план ГОЭЛРО"

- Надо осознать: ситуация с ТЭКом - пиковая. Да, его пока еще называют локомотивом экономики: почти полбюджета страны держится на ТЭКе. Но в то же время даже дождь нефтедолларов, возникший благодаря удачной конъюнктуре мировых цен, не столько радует, сколько мучает вопросом: "А что будет, когда цены упадут?" Износ основных фондов в нефтедобыче составляет уже 60%, в нефтепереработке - 80%, в электроэнергетике - 52%. Исчерпан проектный ресурс работы более половины оборудования угольной промышленности. Столько же магистральных нефтепроводов в стране эксплуатируется свыше 25 лет... Такого рода цифр на слушаниях звучало очень много. Тон большинства выступлений был тревожный. А общий вывод таков: налицо серьезнейшая угроза превращения России уже в ближайшие 3-4 года из энергоизбыточной в энергодефицитную страну.

Энергетическая стратегия разрабатывается в Минэнерго очень медленно. Очередной ее вариант мы увидели лишь перед самыми слушаниями. Правительство, насколько мне известно, планирует рассмотреть этот документ в конце ноября. И тем важнее сегодня выслушать и учесть мнения как можно большего числа компетентных специалистов. Среди нынешних депутатов почти 90 человек с богатым опытом работы в нефтяной, газовой отраслях, электроэнергетике.

- Да, и этот, и некоторые другие подобные документы не стали эталоном, с которым сверялись бы все практические действия государственных органов и хозяйствующих субъектов. Реальные условия, сложившиеся в стране в 1996-1999 годах, быстро девальвировали слишком оптимистичные прогнозы и показали, что вызовы, перед которыми стоят ныне Россия и ее ТЭК, гораздо серьезнее и суровее.

Вообще пока в нашей истории был, пожалуй, лишь один удачный пример долговременного планирования в сфере энергетики - известный план ГОЭЛРО, который реализовывался в 20-х-30-х годах. Тогдашним властителям надо отдать должное: развитие энергетической базы было жестко подчинено главной задаче, стоявшей перед страной, - индустриализации.

Сегодня новой России нужен, образно говоря, новый "план ГОЭЛРО". Разумеется, исходящий из рыночных реалий и охватывающий весь ТЭК. Но тоже конкретный, реалистичный и мобилизующий. Стратегия ТЭКа должна стать стратегией развития. Сейчас ТЭК, как считают специалисты, устойчиво обеспечивает потребности страны в энергии и топливе лишь потому, что производство сократилось, как шагреневая кожа. Но мы же планируем темпы экономического роста как минимум 5,5% в год. Академик Дмитрий Львов на слушаниях заявил, что тогда ТЭК должен развиваться темпами в 12-15%, а такого не удавалось достичь и в советские времена.

Теперь уже ясно, что наивно строить стратегию на представлениях, что главное, мол, войти в рынок, а там его "невидимая рука" все как-нибудь отрегулирует. Что творится, скажем, в нефтяной промышленности? Казалось бы, реформы продвинулись далеко - 90% нефти ныне добывается частными компаниями. Но с 1994 года в России сокращаются запасы нефти: выкачиваемое из недр и близко не компенсируется тем, что вновь разведуется. А добыча ведется только на половине имеющихся скважин. Почему? Да, потому, что легче снимать сливки с наиболее рентабельных из них.

В рекомендациях слушаний мы записали, что главным средством достижения целей Энергетической стратегии должно стать государственное воздействие на формирование цивилизованного энергетического рынка и экономические взаимоотношения его субъектов между собой и с государством. Определены и механизмы такого воздействия. Это ценовая, налоговая, таможенная политика, направленная на регулирование уровней и соотношений внутренних цен на топливо и энергию, ликвидацию перекрестного субсидирования по всем отраслям экономики, стимулирование инновационной, инвестиционной и энергосберегающей деятельности хозяйствующих объектов. Это институционально-организационные преобразования в ТЭКе при одновременном совершенствовании методов антимонопольного контроля. Это совершенствование законодательства и нормативно-правовой базы.

- В одном из выступлений прозвучало, что не раз обманутое население денег не даст, в бюджете их нет и не будет, а спасти нас может только частный иностранный инвестор. Я думаю, что надо стремиться мобилизовать все возможные источники. И с населением надо работать, возвращать его доверие. И механизм государственных субсидий не выбрасывать из арсенала. Обсуждая бюджет на 2001 год, мы же ухитряемся находить дополнительные средства на оборону, поддержку аграриев. И это хорошо. Но и об энергетике тоже забывать не надо. В особенности в том, что касается инновационной деятельности. Во всех развитых странах именно государство выступает на начальном этапе основным заказчиком высоконаукоемких разработок и технологий. А таковые сегодня нужны нашему ТЭКу как воздух.

Что же касается иностранных инвестиций, то тут, конечно, тоже нужны более смелые решения и действия. Но отнюдь не "революционные" сломы работающих систем. Это лишь пугает и наших, и иностранных инвесторов. Кстати, во время недавних встреч в Европарламенте с комиссаром по энергетике, транспорту и связи Лайолой де Паласио, другими видными политиками и представителями деловых кругов я убедился: с одной стороны, на Западе сегодня под впечатлением топливного кризиса, охватившего Европу и США, стали куда больше думать о роли России, ее энергоресурсов для всего мира, о необходимости более активных финансовых вливаний в наш ТЭК. С другой - все время присутствует опасение: не затеем ли мы с ним каких-нибудь экспериментов с непредсказуемыми результатами? И часто задаются вопросы, почему в стремлении улучшить инвестиционный климат мы постоянно ищем какие-то панацей и пренебрегаем давно апробированными формами. Трудно объяснить западным партнерам, почему у нас так туго идет концессионное законодательство. Или почему тормозятся проекты, связанные с освоением недр по соглашениям о разделе продукции. Закон об СРП принят уже пять лет назад, а пока реализуются лишь два проекта на Сахалине. Правда, все заметили подвижки: в новой Думе избавились от истерик по поводу "распродажи народных богатств", стали быстрее пропускать законы о разработке месторождений в режиме СРП. Но факторов, тормозящих дело, еще достаточно. Поэтому, думается, в Энергетическую стратегию обязательно надо заложить положение о том, что СРП для нас не временная мера, а стратегический выбор.

- Это как раз и было важнейшей задачей слушаний. "Фронт работ" и для нашего комитета, и для других достаточно ясен. В перспективе надо выйти на создание Энергетического кодекса, который представлял бы из себя целостную систему законодательно-правовых актов в сфере топлива и энергетики. А в ближайшие месяцы необходимо сосредоточиться на разработке законопроектов об энергетической безопасности, о системе энергоснабжения, о государственной поддержке малых и средних нефте- и газодобывающих предприятий, трубопроводном транспорте и ряде других.

Конечно, создавать "энергетические" законы непросто. Скажем, все согласны, что необходим закон о федеральных энергетических системах. Но беда, что сегодня нет единства даже в том, что относить к этим системам. Когда раздавали и брали суверенитет кто сколько мог, кто-то сумел отхватить лакомые куски ТЭКа, а кто-то - нет. В итоге в Иркутске, допустим, цена киловатт-часа - 8 копеек, а в Благовещенске - все 80. Какая ж тут "единая энергетическая политика"! Думаю, что так же, как ныне идет процесс приведения региональных законодательств в соответствие с федеральным, и тут потребуется политическая воля, чтобы вернуться к единым подходам.

- В чем-то вы правы. Откровенно скажу: пока наш комитет законопроектами, которые устанавливали бы правила игры в ТЭКе, отнюдь не завален. Надеемся, что слушания дадут импульс для большей активности правительства, других субъектов законодательной инициативы и всех, кто способен помочь разработке хороших законов, - ученых, практиков, юристов и экономистов, различных общественных организаций...

Думаю, всем нужны ясность, предсказуемость, устранение базовых деформаций нашей экономической системы. Возьмем, к примеру, широко освещаемый в прессе конфликт "Газпрома" и РАО "ЕЭС" по поводу сокращения поставок газа на электростанции. Иногда это подают в газетах то ли как межличностные разборки, то ли как политическую интригу. А по сути-то и Вяхирев, и Чубайс - заложники обстоятельств. Им выпало пожинать плоды давнишних стратегических решений в сфере энергетики, в частности, той ставки на супердешевый газ при выработке электроэнергии, которая делалась еще в советское время. В новых условиях нужны новые подходы, так называемая газовая пауза исчерпывает себя.

Крайне недальновидно транжирить такое бесценное сырье, как газ, запасов которого у нас всего на 80 лет, при том что, скажем, угольный потенциал, способный служить нам 800 лет, используется все слабее. В проекте Минэнерго предусмотрено постепенное увеличение к 2020 году доли угля, используемого для выработки электроэнергии с 21% до 31%. Вопрос этот чрезвычайно сложный, но ясно, что решать его надо не голосованиями и не лоббированием, а сугубо профессиональным расчетом. Вот где государство должно жестко проявить себя и сказать: как выгоднее для страны, так и будет.

- Да, эта тема затрагивалась в ряде выступлений. Но не доминировала. И сам Анатолий Чубайс в своем выступлении больше говорил о проблеме: газ или уголь? Что касается плана реорганизации, то он пообещал через 2-3 месяца прийти в Думу с конкретными предложениями: как в РАО "ЕЭС" видят законодательное обеспечение реструктуризации. Тогда, видимо, возникнет необходимость в слушаниях, которые целиком посвящались бы этой проблеме.