Трубные раздоры

Российско-китайские отношения близки к тому, чтобы стать весьма напряженными. И причина этому – сибирская нефть.

Вчера стало известно, что труба, по которой восточносибирская нефть должна потечь далее на восток, скорее всего все же не свернет к югу на Дацин, город в Северо-Восточном Китае. Это следует из признания, которое сделал представителям российской печати вице-президент государственной нефтепроводной компании «Транснефть» Сергей Григорьев. По его словам, в Минприроды уже направлен на экологическую экспертизу проект нефтепровода Тайшет–Находка, который не предусматривает ответвления на Дацин.

Дацин пользуется репутацией «китайского Баку», за десятилетия сверхактивной разработки лишившегося своих запасов и ныне остро нуждающегося в сырье для предприятий нефтехимии. Кроме того, там находятся головные части нефтепроводов, идущих в промышленные районы КНР.

Ответственный сотрудник «Транснефти» сделал свое разочаровывающее китайцев признание в момент, когда понятия «нефть» и «газ» превратились в их глазах в нечто вроде золотого ключика к заветному успеху. Китай уже вышел на второе место в мире (после США) по размерам импорта нефти. По данным Министерства торговли КНР, в текущем году в КНР будет ввезено 110 млн. т нефти (рост на 21% по сравнению с 2003 г.). Дальше – больше. По подсчетам эксперта Исследовательского центра проблем развития при Госсовете КНР Чжан Вэнькуя, в 2010 году Китай ввезет уже 300 млн. т нефти, а в 2020 – 400 млн. т. В то же время свои ресурсы позволяют китайцам добывать не более 200 млн. т в год.

Показательно, что в последние месяцы нефтегазовая тема и вообще проблема энергоресурсов фигурировали на целой серии совещаний и симпозиумов в Пекине и экономических центрах страны. В Китае все громче звучат призывы к экономии энергии, поискам новых ее источников и обеспечению доступа к ресурсам в других странах.

Как известно, на протяжении последних лет для китайской государственной компании CNPC основным партнером в России был ЮКОС. Именно с ЮКОСом китайская нефтегазовая корпорация подписала летом прошлого года генеральное соглашение, рассчитанное на десятилетия устойчивых, даже больше – возрастающих по объемам поставок. Оно ориентировалось главным образом на транспортные возможности планировавшегося трубопровода Ангарск–Дацин. А пока поставки стали вести цистернами по железной дороге.

Как заявил на днях представитель «Российских железных дорог», перевозки нефти ЮКОСа в Китай продолжаются. По его словам, в нынешнем году будет перевезено 2,8 млн. т. Если ЮКОС не сможет платить за транспортировку, плату будут взимать с трейдеров.

Судебное «дело ЮКОСа» может, как считают эксперты, затруднить дальнейшую реализацию контрактов. Именно это, видимо, подтолкнуло китайских импортеров к заявлениям, что впредь они будут делать ставку на сделки с российскими нефтедобытчиками, полностью или частично принадлежащими государству.

Тем временем на днях в Ханты-Мансийский автономный округ выехала делегация посольства КНР в России. Входящий в ее состав советник посольства КНР в РФ Фан Чуньюн не скрывает заинтересованности Китая в участии в аукционе по продаже «Юганскнефтегаза» – главного бриллианта из короны ЮКОСа. Напомним, служба судебных приставов арестовала имущество основной нефтедобывающей компании ЮКОСа – ОАО «Юганскнефтегаз» – в рамках исполнения судебного решения о взыскании с НК налоговой задолженности и намерена продать его на аукционе. «Вопрос участия нас очень интересует. Но в этой ситуации главный вопрос все же – политика самой России в отношении иностранных компаний», – заявил г-н Фан журналистам.

Осторожность высказываний китайского дипломата объяснима: в конце 2002 года китайскую CNPC сначала допустили, а потом неожиданно и очень невежливо отстранили от участия в аукционе по покупке государственной «Славнефти». Напомним, в итоге компанию поделили между собой ТНК и «Сибнефть».

Теперь же, похоже, даже изначальных позывов к приглашению иностранцев не будет – не для того, дескать, затеивалось «дело ЮКОСа». Как считают российские эксперты, к участию в аукционе по продаже «Юганскнефтегаза» иностранцы допущены не будут.

Показательны и злоключения проекта нефтепровода. Изначально ЮКОС предлагал построить трубу Ангарск–Дацин мощностью 30 млн. тонн нефти в год. Однако «Транснефть» для диверсификации поставок посчитала необходимым построить трубу из Ангарска в Находку (ориентированную на Японию) мощностью 50 млн. тонн. Тогда Китаю удалось добиться обещания построить ответвление от этого нефтепровода на Дацин. В итоге мощность будущего нефтепровода, который в ходе обсуждения поменял исходный пункт на Тайшет, тянет на 80 млн. тонн. Однако глава «Транснефти» Семен Вайншток еще год назад утверждал, что ни одна из нефтяных компаний, выражавших заинтересованность в строительстве трубы, не дает гарантий поставок ранее оговоренных объемов.

Эксперты считают, что для заполнения нефтепровода потребуются значительные инвестиции в развитие месторождений Восточной Сибири. Их же пока никто не гарантировал.

Посол КНР в Москве Лю Гучан, к которому корреспондент «НГ» ранее обратился с просьбой пояснить ситуацию с энергопоставками из России в Китай, дал понять, что главное объяснение на эту тему пройдет в ходе визита в Москву премьера Госсовета КНР Вэнь Цзябао. Он состоится этой осенью, скорее всего в сентябре.

Время для обсуждения энерготемы более чем своевременное. У китайцев готовы свои аргументы – от критики нашей непоследовательности (обещали – передумали) до ссылок на выгодность долгосрочных и стабильных связей между соседями.

Без сомнения, найдутся ответные слова и у наших переговорщиков. В том числе примеры перемены настроений у самих китайцев. Например, в начале августа они отказали консорциуму иностранных фирм, включая наш «Газпром», в возможности участия в строительстве газопровода Синьцзян–Ганьсу. Нет ясности и в том, что касается дальнейшего участия России в строительстве китайских АЭС. Иначе говоря, разговор предстоит достаточно крутой и очень важный.