Фото агентства городских новостей "Москва"
Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) опубликовал очередные рейтинги доверия политикам и показатели поддержки политических партий. Заметного колебания в цифрах в течение года не обнаруживается, скорее важен контекст. Следующие выборы в России – президентские, весенние. И еще никто, включая действующего президента Владимира Путина, официально не выдвинул свою кандидатуру.
Рейтинг доверия у Путина привычно высокий – 78,6%. Если учесть, что вторым по этому показателю остается премьер-министр Михаил Мишустин (60,5%, для председателя правительства – очень высокая оценка), любой участник президентских выборов от оппозиции почти обречен играть роль технической фигуры, обеспечивать легитимность самого процесса. У Геннадия Зюганова рейтинг доверия 32,5%, у Сергея Миронова – 28,9%, у Леонида Слуцкого – 15,9%. Это вовсе не значит, что такая доля людей готова проголосовать за перечисленных политиков. Скорее они не имеют ничего против. При этом у каждого из оппозиционной тройки антирейтинг выше рейтинга доверия. Например, у Зюганова он составил 48,4%.
Показательны электоральные рейтинги партий. Цифры «Единой России» можно не обсуждать. 39,6% готовы проголосовать за нее в условное ближайшее воскресенье, и понятно, что процент голосов бы вырос – это была бы доля от действительно пришедших. 11,2% (второй результат!) вообще не собираются голосовать. 9% затрудняются ответить, еще полтора процента испортят бюллетень, 9,8% – и это примерно равно показателям КПРФ и ЛДПР – выберут непарламентские партии. Больше 30% – серая электоральная зона. Это люди, не готовые высказаться в поддержку «Единой России» и в то же время не удовлетворенные актуальным парламентским предложением.
Оппозиция при обычных правилах политической игры могла бы смело забираться в эту зону. Но обычных правил сейчас нет. Гайки закручены, и системная оппозиция не вполне понимает, где границы дозволенного, сколько власти она может попытаться забрать на любых выборах – хотя бы на уровне деклараций. Вместе с тем неясны и предпочтения электората в серой зоне. Кто это – левые, коммунисты, либералы, националисты, православные консерваторы?
Социологи ведут себя осторожнее партий. Опросов, посвященных актуальной политике и экономике, очень мало. Социологические службы и центры предпочитают безопасный путь – выяснять, что такое счастье, как собирают детей в школу, кто пользуется косметологами, куда ездят отдыхать.
Нужно ли системной оппозиции искать новые голоса? Или лучше сидеть спокойно и ждать, пока власть сама раздаст всем роли, никого не обделив? Ответ скорее «да». Искать нужно. Контуры будущей политико-партийной системы вряд ли кто-то знает. Повестка оппозиции «спрямляется» до левого патриотизма, граничащего и с коммунизмом, и с умеренным национализмом (недавние антимигрантские заявления партий). В любой момент может возникнуть вопрос: зачем нужны три оппозиционные партии с похожим дискурсом?
Здесь возможен ответ: чтобы не аккумулировать голоса потенциального протестного электората. Но, вероятно, власти такая партия-аккумулятор, вполне лояльная, была бы кстати. И жизнь оппозиции сейчас – это тендер за второе место. Рейтинг коммунистов, согласно последнему опросу ВЦИОМ, – 9,9%. Рейтинг ЛДПР чуть ниже – 9,5%. Если провести выборы в Думу в ближайшее воскресенье, неизвестно, кто из этих двух партий оказался бы выше. И насколько выше. Если власть задумается об упрощении партийной системы, оппозиционным структурам важно продемонстрировать результат, показать свои преимущества. И это в условиях, когда 11% опрошенных говорят социологам, что не пойдут на выборы, а сами социологи не копают дальше, не пытаются узнать, почему.
Майкл Бом 
