Владимир Мухин - Виталий Егорович, с чем, на ваш взгляд, связана катастрофа?
- Главная причина столкновения вертолетов - осуществляемая сейчас реорганизация системы управления армейской авиации. Эта катастрофа высветила общую для армейской авиации проблему, связанную с тем, что, по сути, у нее сейчас нет "хозяина". Раньше армейская авиация подчинялась лично главнокомандующему Сухопутных войск. Теперь же - непонятно кому в штабе ВВС. В два раза сокращено управление армейской авиации, ликвидированы соответствующие управления и отделы в военных округах и общевойсковых армиях. А ведь их возглавляли опытные офицеры-специалисты и летчики, умеющие организовать боевую работу. Сейчас же около двухсот первоклассных летчиков отправлено в запас.
Черниговский вертолетный полк, где произошла трагедия, я знаю не понаслышке. Это правофланговая часть в Дальневосточном военном округе. Полк имеет славные боевые традиции, поэтому именно ему доверили представлять войска на проводимых маневрах. Погибшие офицеры - специалисты 1 и 2 класса. Их налет только в этом году составил около 100 часов. Но не все зависит от мастерства пилотов. Даже за мастерами нужен контроль, нужно четкое управление и взаимодействие. Современный бой ошибок не прощает.
- Вы руководите предприятием, которое поставляет ударные вертолеты в войска. Когда последний раз это имело место?
- Если говорить точнее, мы должны поставлять вертолеты в войска. Но по причине скудного военного бюджета - не поставляем. Это я заявляю не только как оборонщик, но и как бывший командующий армейской авиацией. Последняя партия вертолетов Ми-24 (5-6 машин старой модификации) поступила в войска накануне начала первой чеченской кампании в 1993-1994 годах. Больше не было.
- В Ростове-на-Дону сейчас проходит процесс по делу о катастрофе вертолета Ми-26 под Ханкалой в августе 2002 года. Как вы относитесь к тому, что на скамье подсудимых оказался ваш бывший подчиненный, командир Моздокского вертолетного полка подполковник Анатолий Кудяков?
- Кудяков не был командиром полка, а только исполнял его обязанности. Он не был проведен в этой должности ни по одному документу. Подполковника обвиняют в том, что вертолет был перегружен, но не он давал команду на заполнение вертолета до 150 военнослужащих. Охрана и сопровождение вертолета Ми-26 - также дело старших начальников. Я против огульного осуждения Анатолия Кудякова и считаю, что он правильно поступает, что не признает свою вину. Мне известно, что ему сейчас предлагают: мол, признайся, что виноват, и мы тебя осудим условно. Он не соглашается. Знаю, что даже главком ВВС Владимир Михайлов вызывал Кудякова к себе┘
