Изящество и объективность

Критик Валерия Пустовая наряду с другими выразила свое почтение Ирине Роднянской. Фото автора

В Доме Ростовых состоялся авторский вечер Ирины Роднянской – живого классика русской литературной критики. Ирину Бенционовну с глубоким почтением представил публике главный редактор журнала «Юность» Сергей Шаргунов. Он подчеркнул, что без нее литературная Москва была бы неполной, и выказал, что для «Юности» будет честью опубликовать что-либо из недавних работ Роднянской.

Не повторяя ничего затверженного и общеизвестного, Роднянская общалась с аудиторией, рассказывала о времени и о себе. Так, она повествовала о том, что в свое время по анкетным причинам ей было непросто поступить в престижный вуз, однако Бог сильнее действующих на земле идеологических комиссий. В результате Ирина Бенционовна поступила в вуз, который предшествовал нынешнему Институту культуры, и об этом не жалеет. Туда, куда довелось, или, вернее, посчастливилось поступить Роднянской, буквально высылали из других вузов едва ли не лучших преподавателей страны.

Говоря о литературе, Роднянская обнаруживала удивительное единство нравственного и эстетического мерила художественного слова. Так, прозу Пелевина критик находит живой, выстраданной и внутренне честной, а прозу Сорокина – поверхностной, описательной, бьющей на эффект. Интересными были и те суждения Роднянской, которые не вызывали у всех безоговорочного согласия. Изящный, проникновенный и несколько парадоксальный ум Ирины Бенционовны отметил и Шаргунов.

Редактор «Знамени», автор энциклопедической по масштабу монографии «Оттепель» Сергей Чупринин, вторя Шаргунову, отметил, что у него имеются свои частные разногласия с Роднянской. Однако выше этих мелких разногласий то бесценное, что объединяет Чупринина и Роднянскую, – любовь к России и любовь к литературе. Растроганный Чупринин подчеркнул, что он счастлив участвовать в литературной встрече с Роднянской.

Отвечая на вопросы из зала, которые последовали после ее выступления, Ирина Бенционовна продолжала делать открытия. Так, на вопрос о том, зависит ли от своей эпохи литератор, она ответила: «Конечно, зависит. Иное дело, что у каждого литератора имеется выбор из трех возможностей: плыть по течению, плыть против течения или же избирать разумный эскапизм, третью позицию. Это и есть третий путь». Роднянская не говорила, что одни пути «хороши», а другие «плохи». Она, как всегда, сочетала изящество и объективность.