Артур Блинов
Абдул Кадир Хан (справа), создатель пакистанской атомной бомбы, работал под полным контролем военных.
Фото Reuters
Ливийский лидер Муамар Каддафи сумел в очередной раз ошарашить весь мир, передав Вашингтону тонны оборудования, позволяющего сделать атомную бомбу в отдельно взятой сравнительно небольшой стране. Часть этой техники показали американским журналистам в ядерном центре Оук-ридж в штате Теннесси. Все выглядело крайне интригующе – и временная экспозиция на автостоянке объекта, и вооруженные охранники через каждые несколько метров. Наиболее таинственный вид имел главный экспонат – ящики с двухметровыми алюминиевыми цилиндрами внутри и рядом какая-то изогнутая труба.
Это компоненты установки по обогащению урана, пояснили эксперты. Без обогащения уран не может быть ни мирным, ни военным – в нем слишком мала (примерно 0,7%) доля изотопа U-235, играющего ключевую роль в цепной реакции (остальное – изотоп U-238).
Алюминиевые цилиндры, похожие на запаянные с двух сторон отрезки труб большого диаметра, каждый с тремя патрубками, – это газовые центрифуги. «Каскад» из тысяч последовательно соединенных центрифуг позволяет добиться нужной степени обогащения: 3–5% U-235 для ТВЭЛов атомных электростанций и более 20% для ядерных боеприпасов (обычно же 90%).
Газовую центрифугу не создать без специальных материалов, и режим нераспространения ядерного оружия, который обязались соблюдать большинство стран мира, исключает свободную торговлю такими изделиями или материалами для их изготовления. Нарушение режима может дать повод для строгих санкций, в том числе по решению Совета Безопасности ООН. Все это, однако, не стало препятствием для лидера Ливийской Джамахирии, когда он надумал создать у себя в стране атомную программу, включая цикл обогащения урана. Все это якобы в мирных целях – для энергетики, заявляет Каддафи.
Ныне ливийский руководитель не только передал американцам свыше 20 тонн оборудования, но и полученные при этом чертежи атомного боеприпаса (ну и мирная программа!). Попутно сдал – точнее, назвал того, кто все это продал ливийцам, – бывшего руководителя пакистанской ядерной программы Абдул Кадир Хана.
═
«Отец пакистанской атомной бомбы»
═
Такой титул навсегда закрепился за Абдул Кадир Ханом после того, как в 1998 г. в Пакистане успешно прошла первая серия ядерных испытаний. Ученый-металлург, учившийся в Германии, а затем работавший на урановом обогатительном предприятии в Нидерландах, доктор Хан возвратился в Пакистан с чертежами оборудования по обогащению урана и адресами зарубежных фирм, у которых можно это оборудование заказать. В 1976 г. он возглавил центр ядерных исследований в местечке Кахута в 20 милях от Исламабада, впоследствии получивший официальное название «Лаборатории А.К. Хана». Там и была создана атомная бомба.
Помимо доктора Хана у пакистанского ядерного оружия были и другие «родители». Это прежде всего бывший президент и премьер-министр Пакистана Зульфикар Али Бхутто – он поклялся: «Даже если нам придется есть траву, мы создадим пакистанскую ядерную бомбу». Один из богатейших людей страны Бхутто явно имел в виду судьбу менее обеспеченных пакистанцев. Еще будучи членом кабинета, в 1972 г. он провел секретное совещание пакистанских ученых в г. Мултане о том, как достойно ответить на ядерный проект Индии.
Пакистанскую атомную программу ее инициаторы часто называли исламской. Ее осуществление находилось под полным контролем со стороны военных (расправившихся, как известно, с Бхутто в борьбе за власть). Как считают международные эксперты, у пакистанской ядерной программы много компонентов. К знаниям, почерпнутым доктором Ханом в Европе, добавились контрабандный ввоз оборудования из других стран и помощь Китая.
═
10 лет нелегальной торговли
═
Официальное расследование экспортных операций лаборатории Хана ведется в Пакистане с ноября прошлого года. Следственная группа, включающая двух генералов, уже допросила доктора Хана и его ближайших помощников, всего 11 человек. Шестеро из них находятся под арестом.
В течение 10 лет начиная с 1989 г. пакистанские ядерщики вели, как признает доктор Хан, нелегальную торговлю ядерным оборудованием, материалами и ноу-хау. Покупателями были Ливия, Иран и Северная Корея. Мотивы сотрудничества – «исламская солидарность» с первыми двумя и получение денег. Кроме этого имелось в виду отвлечь внимание от секретной ядерной программы Пакистана.
«Отец пакистанской атомной бомбы» утверждает, что реально эта помощь была не очень эффективной: иностранцам передавалось ненужное и устаревшее. Бывшие в употреблении (в Пакистане) газовые центрифуги прошли ремонт на заводе в Малайзии, и их перегружали в зоне свободной торговли в Дубае (еще два нарушителя режима нераспространения).
Договоренности о сделках заключали на встречах в Карачи и других местах сотрудники лаборатории Хана или даже посредники-иностранцы (несколько немецких бизнесменов, гражданин Шри-Ланки), но это выглядит больше как способ скрыть подлинного продавца – пакистанские власти. Доктор Хан и его сотрудники уверяют, что действовали с санкции лидеров страны и высокопоставленных генералов. Посвящен в эти дела был и Первез Мушарраф, нынешний президент страны, занимавший ранее важные военные посты.
Хан требует вызвать на допрос высших военных и устроить с ними очную ставку, однако до этого дело не дошло. «Что же вы не интересуетесь тем, какие материалы были переданы Северной Корее?» – спрашивает Хан следователей. Генералы, правда, и без него знают: во все три страны были переданы примерно одинаковые комплекты оборудования и чертежей. И самое главное – они не хотят поднимать эту тему, так как в сделках с Пхеньяном пакистанские лидеры действовали напрямую, не прячась за спины экспертов и посредников.
Еще в 1994 г. в ходе визита в Пхеньян, сообщает «Нью-Йорк таймс», Бхутто заключил соглашение с руководством КНДР о бартерном обмене в ракетно-ядерной области. Пакистан должен был помочь ядерной программе КНДР, а последняя – пакистанским ракетчикам. Вскоре в КНДР побывала делегация во главе с доктором Ханом, затем состоялся визит командующего сухопутными войсками Пакистана генерала Карамата. Финалом бартерной операции стало успешное испытание в 1998 г. под руководством генерала Карамата пакистанской баллистической ракеты средней дальности «Гаури» – близнеца северокорейской «Нодон».
Официальный Исламабад невозмутимо стоит на своем: доктор Хан и его эксперты действовали самочинно, исключительно в целях личной наживы. Как заявил пресс-секретарь нынешнего президента, «генерал Первез Мушарраф никогда не давал санкцию на экспорт ядерных технологий и ничего не знал об этом».
Пакистанские военные охотно рассуждают о том, что «отец атомной бомбы» живет на широкую ногу, приобрел в большом количестве недвижимость в стране и за рубежом (в том числе отель в Тимбукту в Мали), много жертвовал на благотворительность. Однако все это вряд ли сопоставимо с полученной им платой за «исламскую солидарность». По американским подсчетам, только Ливия заплатила за оборудование и материалы 100 млн. долл.
В начале марта пакистанцы смогли закрыть болезненный вопрос с помощью почти театральной инсценировки. Сначала показали по телевидению «отца атомной бомбы», кающегося перед вырядившимся в камуфляж Мушаррафом. На другой день перед камерами появился уже один Мушарраф: он «простил» доктора Хана, попутно назвав его героем.
Министр энергетики США Спенсер Абрахамс считает раскрутку истории с контрабандной торговлей атомными технологиями крупным успехом в деле борьбы с распространением ОМУ. Директор ЦРУ Джордж Тенет в публичной лекции в Джорджтаунском университете в Вашингтоне пояснил, что это результат «сочетания технических методов разведки, тщательного и скрупулезного анализа и использования агентурной разведки, которой, как некоторые считают, у нас вроде бы нет».
Раскрыты, наконец, попытки Пакистана сформировать своего рода малый ядерный клуб. Однако доподлинно неизвестно, как распорядились полученным оборудованием и ноу-хау другие покупатели, кроме Ливии, продержавшей центрифуги все это время в упаковочных ящиках. Кое-что на эту тему, возможно, сообщил американцам Каддафи, однако они не спешат делиться всеми полученными сведениями. Более того, даже этикетки компаний-производителей на выставленном в Оук-ридже оборудовании были закрыты. В наш век подобная информация – важный политический козырь.
═
Прощение для Мушаррафа
═
Глухота официального Вашингтона к сюжету о причастности президента Мушаррафа к пакистанскому атомторгу вызвала удивление у многих. Еще больше поразили всех заявления госсекретаря США Колина Пауэлла, в пик скандала посетившего Исламабад и назвавшего Пакистан «крупнейшим союзником США за пределами НАТО». Имеется в виду принадлежность к категории стран, имеющих право на получение американской военной помощи.
США проявили великодушие? Скорее всего обе стороны нашли общий язык. Детали сговора и некоторые ранее неизвестные сведения сообщает в журнале «Нью-Йоркер» известный американский журналист Сеймур Херш. По его словам, о пакистанском экспорте центрифуг стало известно не столько в результате усилий ЦРУ, сколько благодаря содействию со стороны Каддафи. По данным экспертов в области разведки, на которые ссылается Херш, в разгар военных действий США против Ирака начальник ливийской разведслужбы Муса Куса дал Каддафи совет по поводу того, как все же можно добиться расположения Запада – цели, которой ливийцы добивались уже несколько лет, но так и не могли достичь. Главный ливийский разведчик предложил незамедлительно сообщить США сведения о нарушениях Пакистаном режима нераспространения ОМУ, а то будет поздно. Его аргументация была предельно проста: с окончанием войны в Ираке США могут «заняться» Ливией, надо спасать свою шкуру. К тому же самому Вашингтону остро необходим успех в области нераспространения, и вовремя оказанную помощь он оценит.
Каддафи согласился. Ливийская разведка сообщила американцам время выхода из порта судна с центрифугами, и оно было задержано. В Пакистане тогда заговорили о предательстве со стороны «исламских братьев». Еще 9 месяцев тайных контактов, и ливийцы согласились передать скопившееся у них оборудование.
Другое уточнение касается причин терпимого отношения США к Мушаррафу на фоне его явной причастности к атомторгу. Дело не только в твердых заверениях президента Пакистана, что впредь подобного не повторится. Готовилось – а сейчас уже идет – весеннее наступление войск США против основных баз талибов и алькаидовцев. Эти базы находятся не только в восточном Афганистане, но и в Пакистане, что обеспечивает неуловимость партизан.
Параллельно с американским наступлением армия Пакистана блокирует приграничный Вазиристан. Еще важнее согласие Мушаррафа разрешить войскам США заходить на пакистанскую территорию, против чего раньше выступали подчиненные ему генералы. И еще: американцам гарантирована передача разведданных, которые пакистанцы получают через своих людей в приграничной зоне.
Трудная ситуация, в которой оказался Мушарраф, дала шанс американцам продиктовать свои условия. Военный успех настолько нужен Белому дому накануне выборов, что он даже пошел на ослабление военной группировки в Ираке, перебросив оттуда часть сил спецназа в Афганистан. И заодно поступился принципами непримиримой борьбы с нарушителями режима нераспространения.
Дарья Гармоненко 