Запутавшиеся в трех моделях социализма

Доклад Никиты Хрущева на съезде главным образом был посвящен репрессивной машине сталинского режима. Фото с сайта www.goskatalog.ru

XX съезд Коммунистической партии Советского Союза (КПСС) начал работу 14 февраля 1956 года и проходил 11 дней. Этот партийный форум стал историческим событием не только благодаря известному докладу «О культе личности». Впервые прозвучал тезис о мирном сосуществовании государств с разным общественным строем, в числе главных ценностей провозглашался мир во всем мире. ХХ съезд КПСС стал трибуной, с которой была представлена программа обновления общества и страны.

Исторический бэкграунд

После Февральской революции 1917 года от правящих кругов России потребовалось безотлагательное проведение структурных реформ с тем, чтобы довести до логического конца начатые задолго трансформационные процессы. Но системный кризис российского общества к тому моменту уже прошел точку невозврата, социально-экономический коллапс предопределил паралич властных структур. Принципиально важно отметить, что не было готовности к структурным реформам и со стороны превалирующей части Белого движения.

Творцы Октябрьского переворота позиционировали себя как продолжателей дела теоретиков социализма Карла Маркса и Фридриха Энгельса. Но хорошо известно, что марксизм отличается «универсальностью». В наследии классиков много противоречий, связанных с тем, что они нередко меняли свои взгляды, эволюционировали. Можно выявить и совершенно нестыкующиеся зародыши трех моделей социализма.

Главный признак первой модели – всеобщее и полное господство государства диктатуры пролетариата в народно-хозяйственном комплексе, сверхжесткая централизация управления данным комплексом, в рамках которой отводится ничтожное место экономическим методам.

Вторая модель на первый план выдвинула: примат экономических методов управления народно-хозяйственным комплексом; децентрализацию экономического управления, ограниченную исключительно логикой действия объективных экономических законов; вплетение предприятий с коллективной формой собственности в ткань рыночного хозяйства; утверждение самоуправленческих начал в том сегменте народно-хозяйственного комплекса, который совпадает с производственными предприятиями.

В третьей модели нет места сильному государству. В соответствующем сегменте наследия классиков оно фигурирует исключительно как субъект международных отношений. А как же тогда быть с внутренними функциями государства? Маркс и Энгельс писали, что это удел сугубо самоуправленческих структур. При этом предполагалось, что данные структуры должны быть устроены так, чтобы каждый член социума мог быть максимально вовлеченным в его управление.

После Октябрьского переворота 1917 года лидер большевиков Владимир Ленин взял за основу первую модель. Но к 1921 году ее реализация привела к системному кризису, что вынудило Ленина обратиться к новой экономической политике (НЭП), которая в значительной степени учитывала вторую модель.

При преемнике Ленина Сталине НЭП осуществлялся до 1927 года. Затем состоялся возврат к первой модели. Были реализованы такие элементы данной модели, как обобществление средств производства, мобилизационная система, плановая экономика, игнорирование рыночных механизмов, закона стоимости. Вместе с тем диктатура пролетариата была подменена диктатурой одного человека. Стало нормой отчуждение непосредственных производителей от реальной власти и от реальной собственности, что, несомненно, вызвало бы суровую отповедь Маркса и Энгельса, если бы они жили в XX веке.

Позитив/негатив

Что же получило советское общество благодаря неразрывно связанной с именем Сталина системе? Союз Советских Социалистических Республик стал сверхдержавой, одним из полюсов в биполярном мире, обрел прочную сферу влияния в Центральной и Восточной Европе, смог ликвидировать ядерную монополию Соединенных Штатов Америки, получил значительное территориальное приращение в 1939–1940 и 1944–1945 годах.

Впервые в отечественной истории появилась многоотраслевая тяжелая промышленность, что повлекло за собой многочисленные изменения социально-демографического, экономического, технологического, военно-стратегического характера. Именно в сталинскую эпоху сформировался военно-промышленный комплекс (ВПК), сыгравший одну из ключевых ролей в победе в Великой Отечественной войне.

Ушел в небытие такой сегмент городского населения, как безработные. Эта проблема в масштабах огромной страны была полностью решена, когда Сталин всего лишь восемь лет находился на посту партийного генсека.

До Сталина абсолютное большинство его соотечественников было неграмотными. К концу сталинской эпохи доля грамотных среди них возросла до 95%. За эту эпоху в разы увеличилось число вузов, ссузов, школ, научных, культурных, спортивных заведений. Советская общеобразовательная школа была признана лучшей в мире, широкий международный авторитет имели советские научные школы.

Все это, конечно, достижения – позитив. Но негатив в сталинской системе перевешивал его. Данная система исходила из того, что человек – это средство. Для нее был нормой остаточный принцип материального производства жизненно важной для любого человека продукции. Совокупных денежных запасов населения было значительно больше совокупной стоимости имевшихся в наличии потребительских товаров.

В сталинскую эпоху стали нормой демографические катастрофы. По данным Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, складывается такая картина: «Сталинское правление было отмечено самыми большими в истории страны военными потерями, прежде всего во Второй мировой войне. Данная война унесла почти 27 млн жизней советских людей. Для СССР, имевшего к началу войны примерно 195 млн человек, это означало потерю 14% предвоенного населения.

Вторая группа катастрофических демографических потерь сталинской эпохи связана с голодом. Согласно сравнительно недавним оценкам, по СССР они составили 7,75 млн, по России – 2 млн 20 тыс. человек. Но был и еще один голод, послевоенный. Он стал результатом засухи 1946 года, начался в декабре и продолжался до сбора урожая 1947 года. По некоторым оценкам, людские потери в результате этого голода в СССР составили около 1 млн человек.

Третий источник катастрофических демографических потерь, ставший чуть ли не фирменным знаком всей сталинской эпохи, – политические репрессии. Счет жертв репрессий, в том числе и обусловленных ими преждевременных смертей, идет на миллионы...

Общие прямые потери сталинского СССР составляют не менее 35 млн человек».

Через сталинский ГУЛАГ прошли многомиллионные массы, ставшие жертвами полного игнорирования властями принципа презумпции невиновности. Применяя в отношении узников ГУЛАГа рабовладельческие методы эксплуатации, сталинский режим закрывал вопрос об одном из ключевых источников рабочей силы для создания валового внутреннего продукта. Именно они создали 80% ВВП Дальнего Востока, Крайнего Севера, возвели абсолютное большинство приоритетных для страны народно-хозяйственных объектов.

На момент смерти Сталина в лагерях сидели без малого 3 млн советских людей. К этому следует добавить феодальные методы в отношении колхозного крестьянства, лишенного паспортов, свободы передвижения.

В эту эпоху были полностью исключены свобода, демократия. Были совершены преступления власти против целых народов, ставших объектами депортации. Через подобную депортацию прошли 2 750 000 человек. Без каких-либо убедительных обоснований ликвидировались многие национально-государственные образования. Делалась ставка на великодержавный шовинизм, вбивался клин между титульными и нетитульными этносами.

В последние годы правления Сталина глобальные реалии были таковы, что следовало оперативно отвечать на новые вызовы времени, связанные с развертыванием научно-технической революции. К сожалению, по-настоящему это сделал только отечественный ВПК. Остальные сегменты народно-хозяйственного комплекса продемонстрировали слабую восприимчивость к НТР.

От триумвирата к дуумвирату

После смерти Сталина, вплоть до горбачевской перестройки, правившие в СССР элиты никак не ставили вопрос о том, чтобы целиком и полностью трансформировать оставшуюся в наследство от Сталина систему.

И все же смерть Сталина маркировала старт качественно нового этапа советской истории. Страну возглавили люди, заинтересованные в переменах. С марта по июнь 1953 года правил триумвират в составе Георгия Маленкова, Лаврентия Берии, Никиты Хрущева, с июня по сентябрь 1953 года – дуумвират в составе Маленкова и Хрущева. Последний стал первым лицом во властных структурах в сентябре 1953 года и сохранял этот статус до осени 1964 года.

Все перечисленные деятели больше склонялись ко второй модели социализма. Конечно, возникал вопрос, в какой мере проявлялась эта склонность. И здесь, как ни странно, надо отметить, что мировоззренческие установки именно Лаврентия Берии в наибольшей мере гармонировали со второй моделью социализма. По крайней мере в несравнимо большей степени, чем в подходах Никиты Хрущева.

Хорошо известно, что последний сыграл главную, решающую роль в аресте и расстреле Берии. Но история могла повернуться так, что главную в стране должность мог занять Берия. Если бы это произошло, СССР ждали бы более глубокие, более масштабные перемены и, возможно, менее болезненно происходила бы постсоциалистическая трансформация.

Конечно, тот факт, что и триумвират, и дуумвират, и первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев в определенной мере учитывали вторую модель социализма, нельзя не оценить позитивно. После смерти Сталина новая генерация руководителей впервые со времен НЭПа значительно повысила роль экономических методов в управлении народно-хозяйственным комплексом. Труженикам села было объявлено о списании с них всех накопившихся долгов. В сторону значительного повышения изменились закупочные цены на широкую номенклатуру продовольственных товаров. Стала реальностью большая экономическая самостоятельность колхозов.

Можно однозначно утверждать, что экономические методы превалировали при первоначальном планировании освоения целинных и залежных земель. Более благоприятной оказалась ценовая и налоговая политика государства в отношении субъектов хозяйствования в легкой промышленности. Как итог, 1953–1956 годы стали прорывными для перечисленных отраслей по валу, по доходам, по производительности труда.

Децентрализация охватила и социально-культурную сферу. Реальную творческую свободу почувствовали деятели науки, культуры, образования. Прослеживался первый опыт критического осмысления сталинской эпохи.

На смену диктатуре одного человека пришло коллегиальное руководство, оценивавшее функциональное назначение первого лица в КПСС, роль силовых ведомств явно не в духе сталинских времен. С именем Хрущева следует связывать первую трещину в тоталитарном политическом режиме.

Впрочем, еще до XX партсъезда новые власти поставили крест на ГУЛАГе, запустили механизм реабилитации его бывших узников. Было восстановлено доброе имя многих людей, расстрелянных сталинскими палачами. Было исключено существовавшее в сталинские времена положение, при котором органы государственной безопасности стояли выше партии.

Отчетный доклад

XX съезд КПСС, во-первых, закрепил курс на частичную десталинизацию и, во-вторых, одобрил концептуальные подходы, которые должны были стать основой для ее углубления и расширения. Почему-то считается, что и первое, и второе вытекали исключительно из секретного доклада Хрущева, который был произнесен в ночь с 24 на 25 февраля 1956 года и явился заключительным аккордом съезда. Конечно, роль этого доклада огромна, о чем еще будет специально сказано. Но ряд немаловажных заявлений по соответствующему кругу вопросов был сделан до секретного доклада.

Во-первых, отчетный доклад ЦК КПСС съезду (докладчик первый секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущев); во-вторых, доклад «Директивы по 6-му пятилетнему плану развития народного хозяйства СССР на 1956–1960 годы» (докладчик председатель Совета министров СССР Н.А. Булганин); в-третьих, весьма значимое выступление в прениях по докладам первого заместителя председателя Совета министров СССР, члена Президиума ЦК КПСС А.И. Микояна.

В отчетном докладе ЦК КПСС уже прослеживались отдельные элементы нового политического мышления, которое стало основой внешнеполитической доктрины СССР в годы горбачевской перестройки. Было очевидно, что докладчик оценивал мировые реалии более адекватно, чем сталинский режим.

Доклад произносился тогда, когда в мире царил страх перед ядерной войной. При Сталине никак не формулировалась альтернатива такой войне, которую ожидали в недалеком будущем. Автор отчетного доклада удовлетворил социальный запрос на формулирование указанной альтернативы. Она была прописана четко и ясно: мирное сосуществование государств с различным общественным строем.

Хрущев продемонстрировал, что он извлекает уроки из кровавых событий первой половины XX века. Партийный форум единодушно согласился с тезисом первого секретаря ЦК КПСС о многообразии форм перехода государства к социализму. В констатирующую часть принятой резолюции вошел следующий пассаж из отчетного доклада ЦК КПСС: «Могут быть созданы условия для проведения мирным путем коренных политических и экономических преобразований».

Была продемонстрирована готовность «всемерно развивать советский демократизм, устранять все, что мешает его всестороннему развертыванию», «укреплять социалистическую законность», не допускать ни малейшего выхода за рамки правового поля.

Первый секретарь ЦК КПСС признал, что в сталинскую эпоху содержание мероприятий партийных органов по части идеологической работы не стыковалось с реалиями, что пропагандисты сталинской политики страдали «идеологическим догматизмом и начетничеством».

Если судить по докладу Николая Булганина, 6-й пятилетний план развития народного хозяйства СССР на 1956–1960 годы разрабатывался на основе экономических методов управления. Более того, в отличие от всех сталинских пятилеток он и выполнялся на основании именно этих методов. Как итог, самые высокие в советской истории темпы экономического роста. В докладе приведена убедительная аргументация в пользу экономических методов.

Ознакомление с выступлением Анастаса Микояна показывает, как важно положить начало масштабному делу. Именно в этом выступлении следует искать истоки перестройки того сегмента отечественных историков, которые были сконцентрированы на истории советского общества.

Известно, что в сталинскую эпоху слуги тоталитарного режима зорко следили за тем, чтобы все работы по данной тематике строго согласовывались со святая святых – «Кратким курсом истории ВКП(б)» и «Экономическими проблемами социализма в СССР». Это – детище вождя народов. Микоян с трибуны съезда объявил, что в первой книге во многих местах прослеживается фальсификация истории, а во второй – отрыв от реальности.

«Аномальное явление»

Остановимся на секретном докладе «О культе личности и его последствиях». Хрущев обратил внимание делегатов на то, что культ личности чужд марксизму, что Маркс и Энгельс рассматривали «культ индивидуума» как аномальное явление, которое не должно было иметь места в социалистическом обществе. Он показал, что субъект культа личности – Сталин воспринял гипертрофированное возвеличение собственной персоны как данность, уверовал в собственную исключительность, в собственную непогрешимость, полностью игнорировал прописанный в уставе КПСС механизм принятия решений на высшем руководящем уровне.

Самая большая по объему часть доклада была посвящена репрессивной машине сталинского режима. Содержательная часть данного сегмента готовилась следующим образом. Еще до съезда была создана специальная комиссия во главе с академиком Петром Поспеловым. Ей вменялось в обязанность формировать по максимуму банк данных, чтобы найти ответы на следующие вопросы. 1. Сколько советских и партийных руководителей было репрессировано? 2. Кого из советских и партийных руководителей расстреляли? 3. Какие этнические группы пережили сталинскую депортацию и чем она для них обернулась?

Согласно установке ЦК КПСС, комиссия Поспелова должна была ориентироваться на вторую половину 1930-х – начало 1950-х годов. То, что получил от комиссии Хрущев, было обнародовано в указанном докладе. На суд делегатов была вынесена обширная информация о чудовищных преступлениях государства против собственного народа.

Только в 1937–1938 годах не менее 1,5 млн советских и партийных функционеров испытали ужас репрессий. В это число входили 680 тыс. расстрелянных. В докладе ясно и четко прозвучало, что все жертвы сталинских репрессий должны быть реабилитированы.

Подробному критическому анализу была подвергнута экономическая политика сталинского руководства. В докладе было четко заявлено, к каким тупикам она привела.

В докладе критиковался только Сталин, а Ленин рассматривался как икона, как гений, который всегда и во всем поступал правильно, сформулировал единственно правильное учение. Хрущеву было принципиально важно разбить главный тезис сталинской эпохи: «Сталин – гениальный продолжатель дела Ленина».

Первый секретарь ЦК КПСС представил действия Сталина как нарушение ленинских норм. Делегаты совершенно неожиданно для себя услышали о ленинском письме к XI съезду РКП(б), в котором можно было прочитать: «Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью».

Процитировал Хрущев и добавление к «Письму к съезду» от 4 января 1923 года: «Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Сталина только одним перевесом, именно: более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т.д.».

Предпринимая подобный ход, первый секретарь ЦК КПСС подводил делегатов ХХ съезда КПСС к выводу: в сталинских преступлениях, в сталинском произволе, в сталинском беззаконии, в сталинском авантюризме виновата не система, а сам Сталин.

Не мог остаться незамеченным и тот факт, что весь перечисленный негатив автор секретного доклада относит ко второй половине 1930-х – началу 1950-х годов. Получается так, что до середины 1930-х годов Сталин делал все правильно. Между тем хорошо известны и цена, которую пришлось обществу заплатить за индустриализацию, и негативные последствия насильственной коллективизации, и то, что маховик репрессий стал раскручиваться задолго до середины 1930-х годов.

Съезд одобрил этот секретный доклад. Его ключевые положения образовали базис постановления Президиума ЦК КПСС от 30 июня 1956 года «О преодолении культа личности и его последствий».

Именно под влиянием XX съезда обрела реальные очертания реформа системы правосудия. Союзный правовой блок был пополнен прорывным по своей сути уголовным законодательством, вполне удовлетворившим юридическую общественность Положением о прокурорском надзоре. Явно большим стал объем законотворческих полномочий, делегированных союзным республикам.

Влияние XX съезда чувствовалось до конца правления Хрущева и даже в первые годы правления Брежнева, которое в целом расходилось с линией данного съезда. Не следует забывать, что основы хозяйственной реформы, принятой в 1965 году, были разработаны при Хрущеве.