Кто боится Моцарта с Бахом?

Массовую культуру придумали высоколобые интеллектуалы, чтобы было что анализировать. Но удивительно: чем больше ее анализируют, конструируют, придумывают и снова анализируют - тем меньше ясно, о чем, собственно, идет речь. Одни готовы включить в массовую культуру походы по магазинам, другие и вовсе ни перед чем не останавливаются и причисляют к ней даже сны и фантазии. А потому что виртуальная реальность┘

Журналист Кен Сейнс в сборнике "Массовая культура: современные западные исследования" раздраженно пишет об "имитации" влажных лесов в американских зоопарках. По его мнению, это - масскульт. Вульгарный и низкопробный. Хотя, казалось бы, что тут массового: сложная, штучная работа, требующая множества специальных знаний. Но ведь великие средневековые соборы тоже для массового обозрения строились. Что, после этого Нотр-Дам - массовая культура? Нет же - раздражает, и все: имитация! А реалистическая живопись - не имитация?.. Нет: все равно ненастоящее!..

Выходит, массовая культура - это мир искусственного. Отсюда и постоянные рассуждения о "симулякрах", о подмене, вытеснении, утрате "реальности"┘ Вот что, однако, удивительно: почему-то никого - ни на Западе, ни у нас - не беспокоит искусственная природа так называемой высокой культуры. Даже не элитарной (это как раз понятно, элитарное может раздражать, в известной степени для того и существует) - а именно нормативной культуры, которую, считается, надо хоть как-то усвоить, чтобы стать настоящим европейцем и даже в каком-то смысле полноценным человеком.

Почему-то никто не бьет тревогу из-за того, что Бах с Моцартом, Данте с Петраркой и Хайдеггер с Паулем Целаном отнимают у нас реальность и подменяют ее конструктами и фикциями. А ведь они воздействуют куда более мощно, чем SMS-общение, шоппинг или песни Филиппа Киркорова.

А не беспокоится никто потому, что нормативная культура - на то она и нормативная - в порядке вещей. Человек вообще живет между двумя нормами: природы и культуры. Масскультура же - зыбкая граница между этими нормами. Еще не культура, уже не природа. Уже не хаос, еще не космос. Не совсем дозволенное, не вполне запретное┘ Она не вписывается ни туда, ни сюда, и именно поэтому дразнит, раздражает, притягивает. Как всякая граница. Потому и не выходит окончательно ее определить. Она ускользает.