Андрей Мирошкин Прошло почти два десятилетия с той поры, как погрузился в пучину Леты колосс по имени СССР. Экс-советские граждане относятся к этому событию по-разному. Кто-то, обливаясь слезами, неистово ностальгирует, кто-то продолжает мстительно пинать «мертвого льва», кто-то говорит с высоких трибун о «крупнейшей геополитической катастрофе ХХ века». Но, так или иначе, давно исчезнувшая страна поныне тревожит воображение своих былых обитателей (и даже тех, кто родился после ее распада). А порой – испускает магические эманации. Сгущению таинственной атмосферы над СССР активно содействуют и современные писатели. Имеется в виду, конечно же, хорошая художественная литература, а не бесконечное историко-публицистическое «разоблачилово».
Фантасмагориями на темы советской реальности давно и плотно занимается прозаик, поэт и сценарист Юрий Арабов. Его относительно давний «Биг-бит», а в особенности новый роман «Чудо», кажется, пропитаны каким-то особым составом, превращающим советскую жизнь в сплошную гофманиану. А в «Чуде», посвященном легендарному «стоянию Зои» в 1956 году, затронута и такая непростая тема, как взаимоотношения атеистической власти и Православной церкви.
Мария Галина в своем новом романе плетет магический узор вокруг южнопортовой жизни в предолимпийскую осень 79-го. Ее «мягкая» фантастика про неизвестных науке «ментальных паразитов» – быть может, своеобразная попытка художественного постижения того, что происходило с Советским Союзом в его последнее десятилетие. Закат империй, как мы знаем из истории, всегда сопровождается буйством паранормальных сил, плясками смерти и охотой на астральных ведьм.
Совершенно иной извод «советской тайны» мы видим в романе-расследовании Александра Терехова «Каменный мост». Подчеркнем: именно романе, а не документальном трактате. Факты и вымысел автор перемешал в какой-то невероятной пропорции, и из образовавшейся пены на читателя хлынуло столько темного, неизведанного, шокирующего, что хоть Мамлеева зови. Прикидывающийся сугубым рационалистом, Терехов на самом деле – самый настоящий следопыт магического в околокремлевской истории 30–40-х.
Вот уж где настоящие «ментальные паразиты», вот где подлинная «советская готика».
