Подтолкнешь - и покатится

После гибели Александра II Лев Толстой отправил новому царю письмо с просьбой помиловать преступников. "Хотя я отдаю себе отчет, что это с моей стороны лишь презумпция и безрассудство просить Вас, императора России и любящего сына, простить убийцам Вашего отца, и, несмотря на давление Вашего окружения, ответить добром на зло, я осмеливаюсь настаивать на этом", - писал неугомонный граф. Это послание так разгневало Александра III, что он собственноручно начертал на полях: "Надеюсь, что никто больше не посмеет отправить мне подобное ходатайство, и я обещаю вам, что все они будут повешены". И действительно, повесил народовольцев.

Тут вот что: с одной стороны, граф, конечно, злит. В каждой бочке-то он затычка, всюду, куда ни сунешься, уже торчит его указательный палец и качается назидательно: мол, "нельзя так жить" да "нельзя так жить". Только воспламенишься справедливым негодованием, захочешь покарать разрушителей и развратителей общества - сразу граф вылезает: "Не убий!" И как-то неловко делается на душе.

А ведь с другой стороны (совсем с другой) - может, и хорошо, что граф лезет. Вот он такое занудное письмо направил новому властителю России и слово-то какое ввернул: "презумпция", а только был он по-своему прав.

Взять, к примеру, его на первый взгляд скучнейшую теорию про шары. Мол, зло - оно, как шар - тронешь один, тот покатится, ударит другой, этот толкнет третий, и пошло-поехало. Теперь его (то есть зло) не остановишь. Так и будет катиться, пока кто-нибудь усилием не затормозит┘ А ведь это непросто.

Опять же, русская история. Еще Тютчев говаривал, что она, матушка, до Петра - одна сплошная панихида, а после Петра - одно сплошное уголовное дело. И ведь верно он это заметил. Буквально отовсюду несет у нас уголовщиной. И ведь какой - все-то время убивают у нас на Руси во имя мира и труда, во имя справедливости и Бога, революционных идеалов и спасения традиций┘ Кучу народу порешили - трупами, мягко скажем, можно заборы городить, в штабеля складывать вместо дров┘ И все это - не зря. Чтобы остановить зло. Непохоже, однако, чтобы такие заграждения кого-то останавливали. Даже если один какой-нибудь ничтожный труп (вроде Распутина) будет положен во имя всеобщего благоденствия на рельсы истории, все равно - поезд с них сверзится. Ну не любит мироздание трупов, что ли┘ Черт его разберет.

Так что Льва Толстого можно даже понять, не раздражаясь. Неглупый был старик. В общем, мозговитый. Что-то он такое просек, чего российским патриотам всех видов и мастей ввек не понять. И царь Александр III тогда неумно поступил: послушался бы зануду-старика, глядишь - и революции бы не случилось.

Шары.