Петит

Манфред Шруба. Словарь псевдонимов русского зарубежья в Европе (1917–1945). – М.: Новое литературное обозрение, 2018. – 1064 с.

Разгадывать псевдонимы – все равно что проводить расследование (у следователей даже имеется специальный термин – «оперативный псевдоним»). При этом возникает очарование, как от чтения качественного детектива, тем более если понятен метод исследования (или все-таки расследования?).

Историк литературы Манфред Шруба (Рурский университет, Бохум) во вступлении к своей обстоятельной работе (установлено около 9800 псевдонимов, принадлежащих примерно 3600 лицам, кроме того, приводится список из еще примерно 8500 нераскрытых имен) раскрывает способы восстановления подлинных имен. Помимо использования справочной литературы он работал с эмигрантской периодикой, а также в архивах.

Исследователь не ограничивается только лишь псевдонимами писателей, также им установлены криптонимы философов, политиков и военных. И, как во всяком следствии, читателя ждут неожиданные находки. В частности, Шруба доказывает, что Андрей Карпов – это не псевдоним известного историка отечественной философии Дмитрия Чижевского, а подлинное имя.

Также в книге приводятся псевдонимы политика, автора манифеста Российской социал-демократической рабочей партии (будущей коммунистической) Петра Струве, ставшего в дальнейшем жестким критиком марксизма. Помимо других он использовал криптоним Inorodzev. Интересная самоидентификация, если учесть, что своих оппонентов он упрекал в утрате корней и отщепенстве. А другой политик, лидер кадетов Павел Милюков подписывался «скромно»: «Профессор», хотя, имея в действительности это звание, серьезной научной карьеры он так и не сделал.

Следует отметить, что при всей действительной фундаментальности словарь, к сожалению, не полон. Так, в числе не вошедших в его состав имен следует упомянуть издателя и политика Владимира Азаренко-Заровского (псевдоним Азар), а также добавить, что генерал Алексей фон Лампе – помимо приведенных в книге – имел псевдоним Старый Офицер.

Получается, ни убийства, ни кражи века в книге не произошло, а все равно – читаешь ее не отрываясь, как детектив.