0
2104
Газета Non-fiction Печатная версия

13.04.2022 20:30:00

Энтузиасты на морозе

История структурной лингвистики в Стране Советов была недолгой

Тэги: история, наука, лингвистика, ссср, искусственный интеллект, политика


13-15-11250.jpg
Мария Бурас. Лингвисты,
пришедшие с холода. – М.: АСТ;
Редакция Е. Шубиной,
2022. – 416 с.
Мир тяготеет к подчинению, а держится на энтузиастах. О них – книга Марии Бурас. Структурная лингвистика (наука о языковых закономерностях и способах их использования) выступает здесь как частный случай. Это книжка о любви и дружбе, талантах и прозрениях. О чуде возникновения чего-либо там, где ничего быть не должно. Так, в СССР просто не могло быть структурной лингвистики. И вдруг в условиях оттепели второй половины 1950-х – первой половины 1960-х годов она возникает. Страна вместе со всем миром решает общую задачу, а не просто объявляет ее очередным вредным заблуждением (как кибернетику или генетику). А проблема обработки больших массивов информации после Второй мировой войны стала глобальной. Именно тогда, в том числе в СССР, придумывали то, что сегодня окружает нас со всех сторон – «информационные машины с большой долговременной памятью». Забавно и многообещающе назывались прототипы. Лев Гутенмахер в середине 1950-х изобрел ДЕЗУ – долговременное емкостное запоминающее устройство.

Примечательно, что на такие машины сразу возлагались самые возвышенные ожидания. От них требовалось не просто хранить и обрабатывать информацию, а делать умозаключения. То есть «определять неизвестное отношение между двумя понятиями на основании известного отношения их к третьему». Позже это назовут искусственным интеллектом. Но людям надо было сначала самим научиться выявлять ключевые закономерности любого интересующего их процесса (всего лишь), и только потом обучать им неорганических мыслителей. Конечно, они должны были выполнять и функции куда более «простые», в том числе переводить с одного языка на другой (машинный перевод).

Задача была столь интересной, что, когда после смерти Сталина ученые в СССР сами себе разрешили (!) всем этим заниматься, сразу появилось необходимое количество энтузиастов всех видов.

Вдохновители. Такие, например, как Вячеслав Иванов, владеющий 15 языками, антрополог, семиотик и пр. и пр. – «генератор» идей с его даром «видеть общее в том, что на первый взгляд ничего общего не имеет». Примерно таким же образом, кстати, из соединения математики и языкознания возникла структурная лингвистика. Представители этой группы, как правило, обладают еще и умением абстрагироваться в нужном направлении. Андрей Колмогоров (математик) свое превосходство объяснял так: «Вы получаете удовольствие от езды в международном вагоне. Я тоже получаю удовольствие от езды в международном вагоне. Но я могу получить удовольствие и от езды на третьей полке – а вы не можете!»

Второй основной тип – организаторы. Тот же, к примеру, Виктор Розенцвейг, окончивший Сорбонну и переехавший в 1937 году в СССР. А «в 1929–1937 годы: оперуполномоченный НКВД во Франции» (у энтузиастов, как и у дураков, везде свои люди). Отсюда, вероятно, специфика и результативность его работы. Так, он придумал Объединение по проблемам машинного перевода – «мистическую организацию, не имеющую ни помещения, ни бюджета, ни членства, но тем не менее дававшую рекомендации для защиты диссертаций, проводившую конференции, организовавшую летние/зимние школы, семинары и коллоквиумы, оформлявшую командировки, издававшую знаменитый «Бюллетень по проблемам машинного перевода».

Наконец, самая многочисленная группа – исполнители. Они конкретизировали общие идеи, писали статьи, искали, спорили, думали… Словом, во многом создавали ту самую завораживающую атмосферу, в которой «работать интереснее, чем отдыхать» (Стругацкие). Трудились везде, и непонятно где больше – в служебное время или в походах, гостях и т.д. Да и на службе главным была сама работа, а не то, что от нее отвлекало. На то, что мешало, реагировали соответственно. К примеру, когда в лаборатории машинного перевода при Институте иностранных языков пришла очередь Александра Жолковского (лингвист, литературовед, позже – профессор Университета Южной Калифорнии) составлять квартальный отчет, он написал его в виде акростиха: «...начальные буквы предложений составляли стихотворную фразу: «Плати за эту липу/ скорее и без скрипу». Но, по чистой совести, это была не липа. Мы делали эту работу с увлечением».

Увлечение принимало разные и никем не санкционированные формы. Для привлечения талантливой молодежи проводили олимпиады. Прием не новый, но надо было еще все организовать и придумать вопросы. Например, такие: на основе 15 слов, написанных в дореволюционной орфографии, требовалось найти закономерности употребления букв «ять» и «е». А затем, пользуясь выявленными правилами, перевести в старую орфографию другие 13 слов.

Поэтому, конечно, книга Бурас, посвященная развитию инициативы в неблагоприятной среде, могла быть о ком угодно. С другой стороны – в ней рассказывается о зарождении технологий, которые во многом определяют настоящее и будущее. И здесь тоже есть о чем подумать. Ведь человек (как таковой), созданный не человеком, всегда стремится видеть столь же волшебные, таинственные вещи вокруг себя. В этом смысле искусственный интеллект – подарок, который мы сами себе кладем под елку на Рождество. Созданный человеком для человека, он безнадежно вторичен. И если когда-нибудь будет разработана «литературная машина», определяющим качеством цифровых поэтов и писателей будет как раз количество – количество неконтролируемых параметров. В худшем случае – для аудитории. В лучшем – для постановщиков задач. Тогда хотя бы ограничивается возможность сознательного манипулирования. Не говоря уже о том, что настоящая литература как раз и начинается там, где кончаются авторские намерения. Но, возможно, мы еще застанем время, когда в книжных магазинах появятся произведения «электронных сочинителей» в противовес human made. Обрадует ли нас это – другой вопрос. В любом случае «создание такого общества, в котором все решения принимают машины, и, следовательно, безопасность личности не будет под угрозой», вряд ли возможно, пока ставить задачи машинам будут люди. Вероятно, по этой же причине история структурной лингвистики в СССР была относительно недолгой.

После того как многие из тех, кто занимался структурной лингвистикой, выступили против подавления Пражской весны, травли Бориса Пастернака, суда над Андреем Синявским и Юлием Даниэлем, спектр репрессий был весьма широк. Вячеслава Иванова, не подавшего руки приятелю своего отца критику Зелинскому за преследование Пастернака, уволили из МГУ. Утром лингвист Лидия Иорданская единогласно прошла переаттестацию на соответствие занимаемой должности в Институте языкознания. А когда вечером того же дня крикнула «Позор!» при оглашении результатов аттестации трех подписантов в Институте русского языка (они, конечно, аттестацию не прошли), сразу перестала профессионально соответствовать. Математика Есенина-Вольпина (сына Сергея Есенина), который на мирном митинге требовал открытого суда над Синявским и Даниэлем, арестовали, судили, принудительно поместили в психиатрическую лечебницу. И т.д.

Все это слишком узнаваемо. Едва где-то начинают звучать формулировки вроде «неразоружившимся индоевропеистам в нашей среде есть о чем подумать», серьезные перемены в стране (не обязательно позитивные) – вопрос времени. Всякий инициатор, энтузиаст и здесь вынужден сопротивляться, он с холода и не приходил, всегда «на морозе».


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Крым никуда из России не уплывал

Крым никуда из России не уплывал

Александр Широкорад

Никита Хрущев лишь сменил вывеску

0
829
Новые амазонки большой политики

Новые амазонки большой политики

Аркадий Вырвало

Женская агрессия меняет миропорядок

0
742
Этот поезд в огне, или «Енисей» в Донбассе

Этот поезд в огне, или «Енисей» в Донбассе

Максим Кустов

Броневые составы трех столетий на запасных путях не прятались

0
873
Сикхи и индуисты бегут из Афганистана

Сикхи и индуисты бегут из Афганистана

Лариса Шашок

Религиозная нетерпимость обернулась прямым террором

0
378

Другие новости