Ольга Тропкина
Открытая пресс-конференция президента России, на которой вчера было аккредитовано около 700 журналистов и более 60 телекамер, становится кремлевской традицией. Как и в прошлом году, столь глобальная встреча Владимира Путина с представителями российских и зарубежных СМИ проходила накануне саммита "восьмерки", но теперь она стала для президента и своеобразным подведением политических итогов двухгодичного президентского срока. Поэтому вопросы, которые задавали Путину журналисты, касались самого широкого спектра проблем - от внешней политики, проводимой Кремлем, и необходимости вступления нашей страны в ВТО до реформы ЖКХ, которая в большинстве российских регионов пока сводится лишь к обвальному повышению квартплаты. Однако выявилась и главная тема пресс-конференции, которая, судя по всему, стала совершенно неожиданной для Владимира Путина, - это первый президент России Борис Ельцин.
Журналистов интересовала не только реакция нынешнего главы государства на необычайно возросшую в последнее время политическую активность бывшего президента, не только ответ Путина на публичную критику Ельциным зашедшего, по его мнению, в тупик переговорного процесса с Александром Лукашенко по созданию Российско-Белорусского Союза. Они спрашивали президента, как он относится к заявлению Ельцина о том, что его понимание свободы прессы несколько отличается от путинской точки зрения. И о том, не являются ли действия нынешней власти своеобразным перечеркиванием всего того, что было сделано первым президентом страны. Получалось, что журналисты невольно сравнивают двух президентов и иногда - это чувствовалось в интонациях корреспондентов - не в пользу последнего.
Конечно, чувствовал это и сам Владимир Путин, несколько раз повторивший, что "Ельцин - свободный человек, который имеет возможность свободно передвигаться, встречаться, высказывать свое мнение". "Ничего плохого", по словам Путина, в этом нет - "мы относимся к его мнению с уважением", но "у меня есть свое мнение, и я буду реализовывать то, что считаю нужным и соответствующим интересам России сегодня и на перспективу".
Путин заявил, что сегодняшний курс руководства страны не является отрицанием того, что было прежде. "Наоборот, - сказал он, - мы развиваем страну на той базе, которая была создана прежним политическим руководством во главе с первым президентом России Борисом Николаевичем Ельциным". Но, подчеркнул Путин, у него с Ельциным "разные оценки настоящего и будущего России". И привел в пример мелодию Гимна Советского Союза, которая никогда бы не стала символом государственной власти, если бы президентом был Ельцин. А вот по свободе прессы, по словам Путина, позиции двух российских президентов совпадают: оба они выступают за экономическую независимость СМИ. (Заметим, однако, что Ельцин всегда выступал за свободу прессы как таковую и не связывал ее с экономикой.) Говоря о критических замечаниях Ельцина в его адрес по вопросу создания Союза России и Белоруссии, Владимир Путин заметил, что с его стороны "было бы ошибкой как-либо спекулировать на этом и было неправильно раскручивать какие-то скандалы".
Однако вопрос о первом президенте России возник на пресс-конференции далеко не случайно. Некоторые зарубежные СМИ отмечают, что в последнее время Борис Ельцин весьма настойчиво напоминает о себе. Так, ведущая испанская газета "El Pais" считает, что "именно ностальгия по власти вынуждает Ельцина принимать участие в общественной жизни, и теперь он пытается использовать Белоруссию в качестве "трамплина" для возвращения в большую политику. Его ближайшая задача - возглавить "виртуальный" Союз России и Белоруссии, существующий сегодня исключительно на бумаге". Похоже, пишет газета, Ельцин-политик уже жалеет о принятом 31 декабря 1999 года решении уйти в отставку и снова хочет власти. "El Pais" замечает, что Путину должны быть не по душе ельцинские попытки представить премьера Михаила Касьянова в качестве возможной кандидатуры на президентских выборах в марте 2004 года. И хотя для самого Владимира Путина бывший президент не является серьезным политическим соперником, но главу России не может не беспокоить критика со стороны бывшего лидера.
Собственно, на вчерашней пресс-конференции в Кремле Путин наглядно продемонстрировал свое отношение к бывшему президенту. Тему Ельцина он завершил так: "Ельцин - яркий человек и опытный политик. У него есть свое мнение, он его высказывает. Спасибо. Будем иметь в виду".
Встреча с журналистами в очередной раз продемонстрировала и готовность президента к экспромтам. Более того, никто не ожидал, что Путину так понравится общаться с журналистами, что вместо предполагаемых полутора часов мероприятие продлилось больше двух - президент сам попросил представителей СМИ продолжать задавать вопросы. Ближе к окончанию пресс-конференции он уже самостоятельно выбирал из зала очередного "собеседника". Впрочем, круг тем, затронутых журналистами, был вполне предсказуем. Начиная с проблемы Калининграда, опасности экстремизма во всех его проявлениях, отношения субъектов РФ с Центром и заканчивая "путинизацией всей страны".
Отвечая на вопрос о том, не стоит ли опасаться, что Россию в ближайшее время постигнет судьба Франции, где проявления правого радикализма становятся все более очевидными, Путин заявил, что "Россия - не Франция, и никакого экстремизма мы в России не получим". Президент высказался и за необходимость прекращения зачисток в Чечне, которое, правда, по его мнению, станет возможным только после укрепления правовой, юридической и силовой составляющей чеченской администрации. Путин считает, что практика спецопераций будет завершена к концу года, а после этого, по его словам, встанет вопрос о Конституции республики. Тему борьбы с терроризмом президент продолжил, отвечая на вопрос о взаимоотношениях с Грузией и нахождении в Панкисском ущелье чеченских боевиков. По его словам, эту проблему грузинские власти могут решить только в сотрудничестве с Россией.
Как и ожидалось, не обошлось без обсуждения проблемы Калининградской области. Отвечая на вопрос одного из журналистов, глава государства заявил, что "проблема Калининграда обязательно найдет свое решение". Однако, заявил он, Россия никогда не согласится с решениями, которые, по сути, разорвали бы суверенную российскую территорию, а введение каких-то особых режимов для Калининграда, безусловно, приведет к таким последствиям.
Владимир Путин также категорически опроверг высказанную одним из журналистов мысль о том, что в последнее время между Россией и Белоруссией обозначились очевидные разногласия. По его словам, "никаких разногласий нет, а есть рабочий процесс". По мнению президента, в качестве базовой основы Союза двух государств можно взять механизм, существующий в Евросоюзе. То есть если Союзный парламент принимает какие-то решения, они должны быть обязательными для республиканских парламентов.
Отвечая на вопрос арабского журналиста о его отношении к ситуации на Ближнем Востоке, президент подчеркнул, что развязывание ближневосточного узла должно быть на основе решений ООН. Вместе с тем палестинское руководство обязано сделать все, чтобы обеспечить безусловное прекращение любых проявлений терроризма. По словам Путина, "опасно и ошибочно было бы устранять Ясира Арфата с политической арены", это привело бы к "радикализации процесса".
Глава государства назвал "ошибочным мнением" слова одного из участников пресс-конференции о том, что "мидовцы и силовики" не поддерживают политику Кремля. На вопрос: "Кто стоит за вами?" - Путин ответил: "Российский народ". По словам президента, все решения, принятые им после событий 11 сентября, были основаны на рекомендациях Генштаба и Минобороны.
На вопрос журналистов, нет ли саботажа федеральных реформ со стороны региональных лидеров, Путин ответил, что сваливать все на регионы было бы "вредно и нечестно". По его словам, не все губернаторы во всем соглашаются с Кремлем, "споры идут, иногда и сопротивление есть", но это "не носит конфронтационного характера, разрушающего государство". По мнению Путина, правительство должно проводить свою политику реформ и "ни на кого не валить".
Одним из последних вопросов, заданных главе государства, стал вопрос о том, как он относится к культу своей личности, или "путинизации всей страны". Путин согласился, что должность главы государства, разумеется, не персонифицированная, она является символом страны. Поэтому "с портретами согласиться вполне можно", - заявил президент, но заметил, что "всего должно быть в меру". "Я к созданию культа личности отношусь отрицательно", - подытожил глава государства.
