Лагерное начальство равняется на Европу

"Раньше условия содержания наших заключенных мировое сообщество рассматривало как пыточные, а теперь российская система исполнения наказаний стоит в одном ряду с европейскими". Так оценил деятельность своего ведомства глава Минюста Юрий Чайка на завершившемся вчера в Москве совещании по проблемам соблюдения законности и прав человека в учреждениях и органах уголовно-исправительной системы. Благодаря новым уголовным и процессуальным нормам реже стали заключать обвиняемых под стражу, уменьшились сроки пребывания в следственных изоляторах. В итоге в камерах и лагерных бараках стало попросторнее. Одновременно с этим у каждого начальника территориального органа ГУИН появились помощники, отвечающие за соблюдение прав осужденных. "Нашим опытом заинтересовалась Европа", - с гордостью сообщил Юрий Чайка.

"Тюремные правозащитники", как их окрестил сам министр, в течение двух дней слушали лекции о том, как надо охранять права людей, лишенных свободы. Обычные правозащитники, присутствовавшие на совещании, согласились с тем, что в деятельности ГУИНа появились позитивные сдвиги. Правда, с оговоркой, что об окончательном искоренении "пыточной системы" речи пока не идет. Но ни Минюст, ни любые правозащитные организации пока не способны остановить вал наркомании, туберкулеза, ВИЧ-инфекции и психических заболеваний в местах лишения свободы. Всему этому способствует сохраняющаяся перенаселенность в тюремных камерах. На днях в Европейском суде по правам человека в Страсбурге слушалось дело "Калашников против Российской Федерации". Победил уголовник. Россия теперь должна выплатить своему оступившемуся гражданину 8 тысяч евро (5 тысяч - за моральный и физический ущерб, 3 тысячи - за судебные издержки). Оказывается, Калашников вместе с двадцатью другими заключенными содержался в камере, предназначенной для содержания семи человек. Приводились и другие примеры. Так, в следственный изолятор по ошибке упрятали шестидесятидвухлетнего капитана в отставке.Человек отсидел в двух СИЗО, пока не выяснилось, что он просто однофамилец преступника. Капитан не дожил до получения компенсации - умер от инфаркта.

Однако эти примеры не испортили благостной атмосферы, царившей на совещании в Правовой академии Минюста. "Главное - процесс стал необратимым, - заключил правозащитник Лаптев, обращаясь к участникам совещания. - За это вам каждому надо памятник поставить. Но вы обязаны сделать так, чтобы в наших тюремных камерах даже нужники были с перегородками, как у Милошевича!"