Общепартийное дело бюрократии

Возвратясь с летних каникул, думские «единороссы» намерены взяться за Закон «О правительстве». Они считают: пришло время разрешить министрам и вообще всем чиновникам категории «А» состоять в политических партиях. Этот звон мы уже слышали: соответствующую поправку видный деятель ЕР Олег Морозов представлял на рассмотрение Думы, помнится, еще в декабре 2002 года, а независимые депутаты Владимир Рыжков и Владимир Лысенко регулярно вносили ее с конца прошлого века, но, возможно, теперь время действительно пришло, и в сентябре заплесневевшая поправка пройдет со свистом, как новенькая. То есть не исключено, что в Кремле позволят или уже позволили думцам осуществить их хрустальную мечту.

Практически все наблюдатели были удивлены, почему о грядущей правке закона о правительстве было объявлено в последние часы весенней сессии, сразу же, как только депутаты свалили со своих плеч закон о льготных выплатах. Это совпадение выглядит отнюдь не случайным. Чувствуется, что изнурительная работа над очень рискованным законом заставила «единороссов» серьезно задуматься о своем завтрашнем дне. Возможно даже, что они согласились проголосовать за монетизацию льгот в обмен на твердое обещание президента санкционировать идею партийного правительства. А чтобы до сентября это обещание не забылось, тут же поспешили «застолбить» свою договоренность в общественном мнении.

Что, собственно, озаботило ЕР? При чем тут закон о льготах? Думская оппозиция утверждает, что правительственный законопроект прошел через нижнюю палату легко, что кроткое «единороссовское» большинство, как всегда, не думало о последствиях. Оппозиция вправе так считать, поскольку ей хотелось, чтобы амбициозный законопроект пошел в корзину. Но для правительства и для ЕР это была совсем не техническая процедура. «Единороссы», если бы захотели, могли принять этот закон еще в июне, однако они решили испортить себе отпуск, наваляли правительству кучу замечаний, насоздавали комиссий и рабочих групп, без конца дергали то Зурабова, то Кудрина, то Жукова, обуславливали свою лояльность выставлением дополнительных условий (восстановить в Трудовом кодексе положение о минимальной оплате труда, вернуть Москве столичные субвенции и т.п.) и в конце концов заредактировали первоначальный текст до неузнаваемости. Три тысячи поправок, из которых полторы сотни сделаны самим правительством, – так безжалостно с правительственными законопроектами в двух последних Думах еще не обходились. Круче этого могло быть только отклонение закона, но это было бы уже антиправительственным и антипрезидентским мятежом, а так далеко «единороссы» пойти, разумеется, не могут.

Понятно, что смутило в этом законопроекте покладистых депутатов от партии власти. Их встревожила перспектива вероятной ответственности за содеянное. Причем персональной ответственности. Президенту, в общем-то, все равно – ему переизбираться не надо. Правительство у нас президентское, следовательно, ему тоже отвечать будет не перед кем. К тому же многие министры, будучи беспартийными профессионалами, могут получить места и в будущем правительстве. И только депутатам придется в 2007 году отвечать перед избирателями – каждому за себя лично и за свою партию. Получив абсолютное большинство в Думе и отбросив все другие политические силы в оппозицию, «единороссы», кажется, начинают понимать, чем это чревато для них. Через три года им придется принять на себя весь огонь критики, отдуваясь и за президента, и за правительство. И никто не станет слушать их оправдания (правительство, мол, не наше, от нас там только Жуков) – назвались правящей партией, подставляйте шею.

Отвечать «за все» никому не хочется. Тем более если взамен тебе ничего не причитается. В Кремле могут думать, что все им положенное «единороссы» уже получили. Даром, что ли, их сделали депутатами? Однако авансовые платежи быстро забываются, мандатов хочется снова и снова.

Идея же партийного правительства хороша тем, что забота о пролонгации мандата «Единой России» становится делом всего правящего класса, то есть подлинно общепартийным делом российской бюрократии и породненного с нею бизнеса.