ФСИНу прописаны дорогостоящие реформы

Работа в колониях практически никакого дохода заключенным теперь не приносит. Фото Reuters

Значительную часть персонала Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) необходимо перевести в гражданские служащие. Экономикой уголовно-исполнительной системы (УИС) должна заняться отдельная госкомпания. Эти требования содержатся в очередной концепции реформирования ведомства, с которой опять выступает правозащитное сообщество. Предлагается и усиление полномочий Общественных наблюдательных комиссий (ОНК) в соответствии с лучшими зарубежными образцами. Таким образом, предложений много, но для их осуществления у государства нет денег.

«Речь идет о демилитаризации ФСИНа с выделением пенитенциарной полиции из сотрудников охраны и конвоирования, оперативно-разыскных служб, режимных и дежурных частей», – говорится в представленном на днях проекте преобразований УИС. Всеми остальными функциями, по мнению его авторов, должны заниматься гражданские специалисты, их необходимо назначать на руководящие посты в системе ФСИН, включая должности начальников колоний. Еще одна инициатива – создать госкомпанию, не входящую в структуру ФСИНа, которая и займется «оптимизацией тюремной экономики, в частности, связанной с трудовой деятельностью заключенных».

На фоне предлагаемого разоружения ФСИНа есть планы и по преобразованию ОНК. Сейчас общественный контроль за УИС ослаблен, сетуют правозащитники. На днях они встречались с коллегами из Германии, которые рассказали о своих полномочиях. В этой стране в тюрьмах действуют попечительские советы, состав которых формируется на основании предложений НКО и муниципалитетов. Туда входят представители адвокатских палат, медицинских и образовательных учреждений, а вот тюремное управление лишено всякой возможности влиять на их формирование. Эти советы собираются ежемесячно, есть определенные дни и часы, когда наблюдатели ходят по местам заключения. Имеется у них и право посещать камеры вне графика, тем более что у них на руках ключи от коридорных дверей внутри тюрем.

Между тем в президентском Совете по правам человека (СПЧ) подготовлены изменения системы труда заключенных. По словам главы комиссии СПЧ по содействию общественным наблюдательным комиссиям Андрея Бабушкина, эта система перестала быть прибыльной еще с 90-х годов. Он настаивает, что утверждать расценки должны структуры, не зависящие от ФСИНа, чтобы труд в колониях перестал выглядеть рабским. Также совет настаивает на ограничении вычетов из зарплаты заключенных 50-процентным уровнем и на распространении на зэков гарантий Трудового кодекса.

По мнению уполномоченного по правам человека в РФ Татьяны Москальковой, пора заняться и медицинским обслуживанием в тюрьмах. Более чем 20 тыс. заключенных, которые тяжело больны, не должны находиться в СИЗО и колониях. Это нарушает постановление правительства, считают в СПЧ. Омбудсмен также уверяет, что институт освобождения от наказания по болезни функционирует неэффективно – например, суды примерно в 80% случаев отказывают в соответствующих ходатайствах. В прошлом году, по данным самого ФСИНа, в местах лишения свободы умерло почти 4 тыс. человек.

Аппарат уполномоченного, изучив практику помилования тяжелобольных, не выявил ни одного подобного случая. Нужно обязать государственные инстанции это делать, считает Москалькова. Речь идет о корректировке статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса, которая введет для суда обязанность, а не право освобождать от наказания лиц, страдающих тяжкими заболеваниями. Правозащитники настаивают и на корректировке других законов. К примеру, в стране нет механизмов контроля за теми, кто получил отсрочку наказания в связи с болезнью. На что, собственно, суды и ссылаются, отказывая в большей части ходатайств. Также СПЧ предлагает сократить сроки медобследований и судебных процедур, а для решений о «медицинском» освобождении ввести немедленное, без отложения на 10 суток, исполнение.

По мнению правозащитников, сложилось уже множество предпосылок для кардинальной реформы ФСИНа. Напомним, однако, что разговоры об этом были и раньше, но каждый раз оказывалось, что денег для настоящих изменений в казне нет. Нынешние радикальные инициативы скорее всего ждет тот же самый ответ.