Позаботиться о павших могут только живые

Поиск останков павших советских воинов на территории Новгородчины весной ведется всего две недели, с 25 апреля по 8 мая. Раньше нельзя, так как слишком промерзла земля, позже бесполезно, так как трава все скроет. Есть еще летний сезон и осенний, но основная работа, конечно же, по весне.

В леса и болота выйдут четыреста поисковиков экспедиции "Долина" (не считая школьников) и около шестисот ребят из разных регионов России. 8 мая, в канун Дня Победы, останки воинов будут захоронены на братском кладбище в Мясном Бору и на других братских кладбищах области. В прошлом году поисковики перезахоронили останки 4900 солдат и офицеров Красной Армии. Причем кости 2386 солдат так и лежат непогребенными - на захоронение нужно 150 гробов, а это 30 тыс. руб. Администрации Парфинского района, в котором обитает всего 13 тыс. жителей, найти такие деньги непросто.

Деньги для поисковиков - извечный больной вопрос. В 1995 г., в связи с 50-летием Победы, из федерального бюджета поисковикам страны были выделены весьма приличные средства. Правда, раскидали их не по уму: в основном по поисковым отрядам в разных регионах. Поисковики - организации общественные, в большинстве из них ни кассира, ни бухгалтера, вот денежки и "рассосались". В Новгороде же "Долина" существует с 1988 года и находится под контролем администрации, учет налажен, работа организована. Только гусеничной техники тут 17 единиц, грузовиков - более трех десятков. Другое дело, что с 1998 г. госбюджет денег на содержание техники не дает, только на питание поисковиков, да и то с перебоями. В результате на всех шести "Уралах" сегодня нужно менять колеса, а одно колесо - это 4700 руб. А двигатели, карбюраторы, потрепанные тенты... Вот и считайте.

В этом году Москва обещала перечислить 400 тыс. руб. "Но рассчитывать на них, - утверждает командир "Долины" Сергей Флюгов, - не приходится. Вряд ли мы эти деньги получим. У меня такое впечатление, что правительство собирает все средства в кубышку на случай социального взрыва в стране. И тут не до поисковиков". Область дает 245 тыс. руб. Но это деньги на питание. Где взять средства на остальное? И как же так: воевала вся страна, а долги отдает бедная Новгородчина?

Когда "Долина" создавалась, ее курировал комсомол. Потом комсомол отменили как "пережиток социализма", а поисковиками занимался Госкомитет РФ по делам молодежи. Потом и его ликвидировали (как говорил Жванецкий, "если мы захотим, молодежи у нас совсем не будет"), а в Минобразования сформировали департамент по молодежной политике, которому, разумеется, не до поиска погибших солдат. Но ведь солдат - человек государев и именно государство должно сделать все, чтобы с почестями предать его останки земле, установить его имя, найти родных и, наконец, воспитывать на этой работе из молодых людей патриотов.

В свое время, вспоминает Флюгов, маршал Дмитрий Язов хлопал его по плечу и говорил: "Да не волнуйся ты. Двинем мы в леса полки ЛенВО и все вычистим". Не получилось: наверху уже ничего нет, останки только под землей, а их искать по приказу не получится. Запусти в лес хоть дивизию "Идущих вместе", а не будет толку, если нет желания. А ведь уже сейчас найти останки одиночного солдата более чем сложно - не вечны людские кости даже в глинистых новгородских почвах. Еще лет 10-15 и найти удастся только тех, кого в ходе боя стаскивали в воронки или блиндажи.

"Поисковое движение сегодня в кризисе, - утверждает Сергей Флюгов, - мощный заряд энтузиазма государство бездарно прохлопало. Поисковики не были объединены в единую и контролируемую организацию. Хотя в Законе "Об увековечении памяти погибших при защите Отечества" четко сказано, что "поисковое движение - важнейшая форма героико-патриотического, духовного и нравственного воспитания". А от государства нет никакого социального заказа. Власть лишь оплачивает изготовление гробов и присутствует на церемонии захоронения...

Линия фронта на Новгородчине держалась 3,5 года. Здесь противостояли немцам два фронта - Волховский и Северо-Западный. Жестокая зима, незамерзающий торфяник. Те, кто выжил, потом говорили, что более страшных минут они за всю войну не испытывали.

Армия же развивала наступление до конца марта 1942 г. И когда оно выдохлось, стало ясно, что войска выводить нечем и некому. Когда Ольга Берггольц писала про "125 блокадных грамм с огнем и кровью пополам...", 2-я ударная, спасавшая Ленинград, получала 40 граммов сухарной крошки. Тут ели все: кору деревьев, траву, мох... В 1996 г. поисковики "Долины" нашли штабные документы 2-й ударной. Больше всего поразил документ, где говорилось об аресте красноармейца за людоедство. Он отрезал кусок от немца и пытался его съесть. Правда, пока его вели в штаб для разбирательства, он умер. Есть и донесение о том, как один из солдат, поднявшись в атаку, после нескольких шагов упал и умер с голоду...

Наши потери на территории Новгородчины составляют 800-850 тыс. чел. 513 тыс. захоронено еще до создания "Долины". За последние годы земле преданы останки 56 тыс. воинов. Еще порядка 200 тысяч лежат непогребенными и ждут своего часа. Причем дело не в том, чтобы перенести останки из леса и похоронить их безымянными, но только под красной звездочкой. Нужно узнать имя павших, но...

От этой работы полностью устранилось Минобороны с его архивами и сотнями военкоматов. Последние вообще лишь ведут учет того, что им предоставляют поисковики. Ассоциация "Военные мемориалы", учрежденная Генштабом РФ, в этом плане тоже ничего не делает. Да что спрашивать с Генштаба, если научно-исследовательский центр "Судьба", где хранятся имена почти всех погибших в годы войны солдат, приватизирован. Теперь им владеет общественная организация, предоставляющая свои услуги только на коммерческой основе.

Кстати, поисками своих павших на Новгородчине занимаются и немцы. Правда, они работают только "по кладбищам": в бывшем архиве Вермахта сохранились практически все данные о немецких захоронениях в России. Там есть точные данные: сколько человек погребено на том или ином кладбище, от каких ран они скончались, кто в каком ряду лежит и под каким номером. Остается только разыскать само захоронение и обнаружить хотя бы пару жетонов, по которым можно установить точные данные человека (у немецких военнослужащих половинка личного жетона хоронилась вместе с погибшим). Имена остальных вычисляются математически.

Для этой работы "Немецкий народный союз" нанимает российских "волонтеров", платя им приличные деньги. При этом согласовывать свои действия с российской стороной немцы не спешат. Копают, ни перед кем не отчитываясь, словно оккупация и не закончилась. В итоге в Новгородской области уже три немецких кладбища.

И если находящееся при въезде в Новгород кладбище 1-й полевой авиадивизии и захоронение в деревне Корпово, что в отдаленном местечке, никого особенно не беспокоят, то мемориал в деревне Коростынь на берегу Ильменя, - показатель глупости российской власти. Большой католический крест и ровные ряды маленьких крестиков расположились (в память о захороненных здесь солдатах дивизии СС "Мертвая голова") напротив православного храма, чуть ли не на могилах тех, кто защищал дорогу на Ленинград, на территории парка Победы, разбитого ветеранами...

С мертвыми не воюют, но ведь земля-то наша, не все же немцам на ней хозяйничать.

Великий Новгород