Мэлор Стуруа Что общего между романом Владимира Сорокина "Голубое сало" и терактом 11 сентября 2001 года? Отвечу: постмодернизм, вернее, гонения на него.
Скажут: ну ладно Сорокин, но при чем здесь бен Ладен и террористы из "Аль-Каиды"?
После 11 сентября в США начались облавы на террористов и постмодернистов. Первых травят агенты ФБР, вторых - интеллектуальные держиморды. Одни хватают всех "лиц исламской национальности", другие - всех, сомневающихся в существовании абсолютной истины и в ее познаваемости.
До последнего времени "помо" (постмодернизм) в США только журили за стилизацию, за иронию (естественно, неуместную), за релятивизм и интеллектуальное иконоборство. Но теперь споры о нем неожиданно переместились под угрожающую тень Фемиды. В колокола, не посмотрев в святцы, бухнули главные аятоллы здешнего христианского фундаментализма - преподобные Пэт Робертсон и Джерри Фолвелл. Сначала они приравняли помо к гомо и лесбиянкам, а затем всех их скопом вместе с высоколобыми либералами обвинили в пособничестве террористам. Короче, постмодернизм стал модным мальчиком для битья.
Штатный интеллектуал из "Нью-Йорк таймс" Эдвард Ротстин уже 22 сентября прошлого года обвинял постмодернизм в том, что он "отвергает объективную истину и возможность трансцендентной этической перспективы". Проще говоря: постмодернисты, оказывается, могут не верить в факт теракта 11 сентября или давать ему совершенно иную моральную интерпретацию. То есть теракта не было, а если и был, то он оправдан. Постмодернизм - доктрина, доносит Ротстин, "которой трудно клеймить терроризм, как он того заслуживает".
Постмодернисты вынуждены были перейти к круговой обороне. Ректор колледжа гуманитарных наук в Чикаго Стэнли Фиш выступил с большой статьей в журнале "Харперс". По его словам, постмодернизм не отвергает объективную истину, а лишь считает, что не существует "независимого стандарта объективности" и потому доказать объективную истину невозможно. "Вот именно! - ликуют противники помо. - По нашей правде люди, взорвавшие небоскребы, террористы. Террористы считают себя борцами за свободу. По-вашему же, любое толкование правомерно, поскольку объективно ни то ни другое нельзя доказать".
Российские ребята и девчата, желающие быть путинцами больше, чем сам Путин, и шагать вместе неведомо куда, дуют в ту же дуду, только на антикапиталистические мотивы. Противоположности всегда сходятся. В точке гонения на ведьм.
Истина, пишет Фиш, результат не доказательств, а силы и власти: она зависит от правил игры, а эти правила устанавливает сильный. К сожалению, так оно и есть. В социальном ареале истину не доказывают, а навязывают. Инструмент ее познания - сила. Ее-то и захотели поупражнять новоявленные хунвейбины - носители высоких моральных начал, не подозревающие, что дорога в ад вымощена не только булыжником - орудием пролетариата, но и нравственностью старых дев, заключенной в молодые мускулистые тела.
Между скинхедами, начитавшимися "Майн кампф" Гитлера и громящими витрины итальянского магазина мод на Тверской, и "Идущими вместе" разница чисто семантическая. И пусть "Идущих" не шокирует такое сравнение. Ведь и в хилом, болезненном теле Павки Корчагина играли мускулы ницшеанского сверхчеловека.
Кстати, о "Майн кампф". На заре моей известинской молодости у нас в редакции работал заведующим кабинетом иностранной печати Игорь Иванович Старобогатов. Этот полиглот и эрудит, классический экземпляр старой русской интеллигенции, достался "Известиям" в наследство от знаменитого издателя Сытина, которому он служил до революции. Несмотря на огромную разницу в возрасте, мы подружились. И однажды старик позвал меня в свою келью, заставленную от пола до потолка справочниками, словарями и энциклопедиями на всех европейских языках, заговорщицки закрыл ее на ключ, вынул из сейфа какую-то книгу и протянул мне. Я обомлел. Это была "Майн кампф" Гитлера на немецком языке!
- Откуда она у вас? - спросил я, придя в себя. Шел, между прочим, 1952 год...
- Это еще со времен Бухарина и Радека, - ответил старик. - Они часто пользовались этой книгой для писания антифашистских статей и памфлетов.
- Но почему она осталась у вас после того, как...
- Не у меня, а в кабинете иностранной печати, - на всякий случай уточнил Игорь Иванович. - Никто из органов не пришел, чтобы конфисковать ее. А я решил держать язык за зубами.
- Но вы могли сжечь ее!
- Конечно. Но что произошло бы, если кто-нибудь там вдруг вспомнил бы про нее и потребовал? Поверили ли бы те, что я ее сжег, а не взял?
- И с тех пор она так и лежит у вас в сейфе без движения?
- Да, так и лежит.
Между прочим, исчезновением из советской международной публицистики Бухарина и Радека во многом объясняется то, что "Майн кампф" Гитлера оказалась для нас кантовской вещью в себе, которую мы проклинали, не прочтя. А к чему это привело? К тому, что мы стали проклинать "Доктора Живаго" Пастернака, "Архипелаг ГУЛАГ" Солженицына, книги других инакомыслящих писателей, тоже не прочтя их. Хотя по своей сути эта непрочтенная литература сражалась с не прочтенной же "Майн кампф"!
"Идущие вместе" горят благородным желанием очистить русскую культуру от порнографической мрази. Но именно так начинали те, кто в конце концов очистил Россию от самой культуры, заперев ее в сейф Игоря Ивановича Старобогатова вместе с "Майн кампф" Гитлера.
Миннеаполис, США
Дарья Гармоненко 
