Андрей Ваганов
Командир экспедиции Аppolo-16 (апрель 1972 г.) Джон Янг салютует землянам с поверхности Луны. Почтовая открытка, 1999
В России традиционно накануне 12 апреля актуальной становится тема освоения космического пространства. В нынешнем году, согласно указу президента России Владимира Путина, с 6 по 12 апреля в стране прошла Неделя космоса. Она была приурочена к празднованию 65-летия первого полета человека в космос. С 2026 года Неделя космоса будет проходить ежегодно. Вполне разумный шаг.
Во-первых, наблюдается глобальный феномен: «отсутствие интереса к выбору профессии ученого» – отмечают авторы фундаментального социологического исследования «Будущее мировой науки» (М., 2024). В этих условиях все меры привлечения внимания к науке, к космическим исследованиям в частности, хороши.
Во-вторых, уже есть примеры, показывающие эффективность «космической пропаганды». Так, в 2015 году английская Independent опубликовала любопытную статью. Число студентов-физиков в британских университетах за четыре предыдущих года выросло почти в полтора раза. По мнению экспертов, такой скачок в росте популярности физики связан с… продукцией Голливуда. В частности, с успехом у публики научно-фантастических фильмов «Интерстеллар», «Гравитация», «Марсианин». «Имидж физики радикально улучшился в последние годы. Об этом говорит, в частности, популярность «Интерстеллара» и «Вселенной Стивена Хокинга», – отмечала Иоанна Киневич, представитель английского Института физики. По данным Института физики, число студентов, подавших заявку на поступление на физические факультеты, с 2012 по 2014 год выросло на 40%. В период с 2010 по 2014 год заявок на получение степени бакалавра по физике в Оксфорде стало больше на 35%, в Манчестерском университете – на 37% (2008–2014 годы). Аспирантов-физиков в Манчестере также стало на 40% больше...
И как раз накануне проведения первой Недели космоса в России, «Комсомольская правда» провела опрос, в котором участвовали 1000 человек. Журналистов интересовало: верят ли россияне в высадку американских астронавтов в 1969 году на Луну? Ответы распределились так: 72% среди опрошенных не верят, что американцы были на Луне; в то, что это все-таки реальное событие, верят 27%. Неопределившихся – 1%. Понятно, что это не строгое социологическое исследование. Но тенденция понятна. Неужели все так запущено?!
Похоже, да – запущено. Как раз, в начале 2010-х, в течение нескольких лет мне довелось вести семинар по научной журналистике в одном из крупных негосударственных университетов в Москве. Слушатели – студенты 5-го и 6-го курсов факультета журналистики и филологии. Для того чтобы определить общий уровень их подготовки, я проводил небольшое анкетирование – 8–10 вопросов из разных областей науки, требующих скорее показать свой естественно-научный кругозор, мировоззренческие установки, чем глубину знаний тонких научных материй. Вопросы я все время менял, но один был неизменным: «Как вы считаете: миф или реальность высадка американских астронавтов на Луну?» Вот как распределились ответы на эти вопросы (всего – 44 анкеты).
Больше половины – 52,3% (23 студента) однозначно ответили – миф. Твердо были уверены, что это реальное событие – 12 человек (27,3%). Кстати, почти идеальное совпадение с нынешним опросом! 9 студентов дали развернутые ответы: «На реальность похоже больше» – 4 ответа; «Неопровержимых доказательств нет» – 2 ответа; «Нам показывают то, что мы хотим видеть» (то есть, надо думать, это ответ скептика – А.В.); «Ответ не с научной точки зрения – верю»; «Вопрос веры».
То есть что десять лет назад, что сегодня – ситуация с уровнем мифологического мышления россиян, в котором явно преобладают мотивы «теории заговора», только заметно обострилась. Известный французский социолог Люк Болтански дает такое объяснение феномену популярности во всем мире теорий заговора: «Надо отметить, что беспокойство официальной элиты из-за обилия деклассированных и недовольных судьбой полуинтеллектуалов, которых мы впервые встретили в начале ХХ века, улеглось и теперь разворачивается в унисон с критикой интернета. Точно так же никто больше слепо не верит знающим экспертам, и любой способен им возразить, пользуясь примерами и мнениями, почерпнутыми в интернете, что совсем не на пользу «настоящей» истине и истинной демократии. Все верят бог знает во что, и никто ни во что не верит. Нигилизм возвращается».
Неужели прав был известный химик, академик Николай Платэ, который в 2000 году заявлял: «Известно, что людская масса – это довольно инертная агломерация, и весь прогресс в истории человечества направляется 1–2 процентами наиболее умных и инициативных людей»?
Но тогда – как объяснить такой факт: согласно результатам опроса, проведенного в конце нулевых, Стивен Хокинг, английский космолог и астрофизик, – был одним из трех самых уважаемых современников для британских юношей от 16 до 18 лет. А книга Хокинга «Краткая история времени» (1988) стала одной из самых успешных за всю историю научно-популярного жанра: 237 недель в списке бестселлеров лондонской Sunday Times, общий тираж на тот момент – более 10 млн экземпляров. Сейчас уже, конечно, существенно больше…
Еще один парадокс. В тех же США в 60–70-е годы прошлого века суммарный тираж «научно-популярных» комиксов только одного автора, Стэна Ли («Человек-паук» – это его произведение), составил 134 млн экземпляров. А ведь это был период, когда успешно осуществлялась программа высадки американских астронавтов на Луну. В которую, напомню, сегодня 72% россиян не верят! Диктатура комиксов ничуть не помешала американской нации в осуществлении планов научно-технического развития. Но, кстати, «побочный» продукт программы высадки человека на Луну в 1969–1972 годах – изобретение в 1971 году первого персонального компьютера; в 1980-м их совокупный парк в Соединенных Штатах составил 78 тыс. штук, в 1983-м –1 млн, а в 1985-м –5 млн.
В СССР в это время студенты технических вузов просиживали часами в специально оборудованных аудиториях, набивая стопки перфокарт для ЭВМ с расчетами своих курсовых и дипломных работ. Ошибка в расположении одной пробитой дырочки – все начинай заново…
Точно так же комиксы не мешают сегодня и японцам занимать третье место в мире, после Китая и тех же США, по количеству регистрируемых патентов и полезных моделей. По данным Всемирной организации интеллектуальной собственности (специализированное агентство ООН World Intellectual Property Organization, WIPO), в 2024 году совокупная доля пяти ведущих стран в этой области составила 85,5% от общего числа патентных заявок в мире. Топ-5 выглядит так: Китай – 49,1%; США – 16,2%; Япония – 8,2%; Республика Корея – 6,6%; Европейское патентное ведомство – 5,4%. И это притом, что распространение и соответственно потребление комиксов приобрело тотальный характер: 40% изданий в Стране восходящего солнца – комиксы, 30% доходов издательств – от комиксов…
Кстати, объяснений лидерства Китая в инновационной сфере много. Однако редко когда упоминается, что это единственная страна в мире, в которой принят «Закон Китайской Народной Республики о популяризации науки и техники (ред. 2024 г.)».
А 69% американцев считают крайне важным для себя, чтобы США оставались мировым лидером в освоении космоса» – данные опроса Pew Research Center.
Парадоксально, но «в символическом реестре важнейших событий отечественной истории остается полет Ю.А. Гагарина в космос – как в 2020 году, так и в 2024 году россияне ставят его на третье место (26% и 44% соответственно)» («Стрела времени» в массовом сознании россиян…», М., 2024). Как это может сочетаться с явно выраженным мифологическим, «фэнтезийным» строем мыслей наших сограждан? Возможно, все эти, казалось бы противоречивые результаты социологии, – это в некотором смысле оборотная сторона общества, истосковавшегося по высоким технологиям, а не по высоким словам (о «стирании граней» и «покаянии»).
Впрочем, возможно, именно тоска по высоким технологиям, вполне ощутимая в общественном сознании, и составляет тот ресурс, используя который можно развивать современное и динамичное общество.