0
1228
Газета Главная тема Печатная версия

04.02.2010 00:00:00

Честный и пристрастный

Тэги: войнович, автопортрет, роман, жизнь


войнович, автопортрет, роман, жизнь Баек он вообще не любит...
Фото Андрея Щербака-Жукова

Владимир Войнович. Автопортрет. Роман моей жизни.– М.: Эксмо, 2010. – 880 с.

Удивительный человек Владимир Войнович. И очень своевременный. И книга его, презентация которой состоялась на прошлой неделе, – «Автопортрет. Роман моей жизни» – как нельзя, кстати. Сейчас – когда экономисты говорят о второй волне кризиса и все не видят для себя перспектив.

Вроде и жизнь его потерла, и по свету его помотало, а улыбка не сходит с его лица. Послушать его, так все ему в жизни удавалось без забот, хлопот, душевных терзаний и телесных страданий. Его спрашивают: «С какими трудностями вы столкнулись при попытке издать «Ивана Чонкина┘»?» Он отвечает: «Никаких трудностей не было. Книга сразу попала в самиздат, и какие-то люди ее совершенно бескорыстно размножили на печатных машинках. Я ничего не получил, и они ничего не получили. Потом, когда я отдал книгу на Запад, там тоже не было трудностей – ее почти сразу напечатали в 30 странах┘» Его спрашивают: «Есть ли у вас обида на страну?» Он отвечает: «Нет никакой. У меня нет даже обиды на советскую власть. Все было нормально: я был ее врагом, она была моим врагом┘» А почитаешь его воспоминания: вот они – и заботы, и хлопоты, и терзания, и страдания. И телят он в колхозе пас, и плотником на стройке работал, и в творческий вуз его не приняли, и диссидентом он был, и родину вынужденно покинул┘ Старинный друг писателя, литературовед (а также один из персонажей книги) Бенедикт Сарнов, пришедший на презентацию, чтобы помочь Войновичу оживить страницы былого, насчитал в его книге более двадцати достаточно острых, чуть ли не криминальных сюжетов┘ Все это есть. Да только по-прежнему – улыбка на лице писателя. Невероятный заряд оптимизма.

Зал был полон, «именинник» рассказал немало интересного. Например, выяснилось, что на написание «Чонкина┘» писателя подтолкнули солдатские байки о чудаковатом сослуживце, с которым все время случались невероятные истории, однако звали его, как потом выяснилось, Чонгин, и был он якутом, и автор с ним ни разу не виделся, а все приключения выдумал сам. Кстати, баек он вообще не любит и не включает их в свои произведения – все коллизии и шутки изобретает самостоятельно. Интересен был рассказ о взаимоотношениях с Солженицыным. Их поссорила околокультурная народная молва – Войнович всегда уважал Александра Исаевича, ценил его творчество и уважал жизненную позицию. Но не обожествлял – высказывался о том, что некоторые его произведения написаны труднопроизносимым, искусственно созданным языком. Этого хватило, чтобы появился слух об их вражде.

Представитель «Эксмо» Леонид Шкурович сообщил, что в последнее время издательством выпущены все сочинения Владимира Николаевича, включая трилогию о солдате Иване Чонкине и антиутопию «Москва 2042». Но «Автопортрет», предположил издатель, должен превзойти их в популярности. Переплет тома, кстати, иллюстрирован подборкой живописных автопортретов кисти Войновича. А название – на специальной бумажной ленточке. Ее можно снять и любоваться цельным, уже живописным «Автопортретом» Владимира Войновича.

В своем выступлении автор на всякий случай напомнил, что некоторые эпизоды его жизни уже нашли отражение в его книгах («Иванькиада», «Дело № 34840», «Замысел»), статьях и радиовыступлениях. Причем обращаться к автобиографическому жанру писателя подчас подталкивали чрезвычайные обстоятельства: в советское время о Войновиче распространялись разные небылицы – например, о том, что он контрабандой пытался перевезти через границу бриллианты. А в перестройку, когда «Чонкина» напечатали в «Юности», некоторые защитники устоев пытались ошельмовать Войновича как «очернителя Советской армии» (был даже распущен слух, что сам он от службы в армии в свое время увильнул)┘ Писателю приходилось опровергать эти домыслы в печати и в эфире. Ну а некоторые его биографические реалии – например, тяжба с тов. Иванько из-за новой квартиры – представляли собой готовые сюжеты для повести или романа. Роман начинался с отдельных рассказов – о детстве, о юности. На вопрос: «Сколько времени писалась книга?» – автор отвечал с заметным затруднением: «Я писал ее лет 30, но это не значит, что я все эти годы сидел и писал – параллельно я работал над чем-то другим».

И вот теперь вышла книга, в которой знаменитый писатель, по его словам, попытался рассказать практически всю свою жизнь – как оно было на самом деле. Труд получился впечатляющим: и по объему, и по хронологическому охвату, и по материалу. Все этапы жизненного пути писателя уместились под обложкой. Детство в среднеазиатском Ходженте (Ленинабаде), арест отца. Война, эвакуация с Украины в Поволжье. Тяжелый послевоенный труд, четырехлетняя служба в армии. Переезд в Москву, жизнь на «птичьих правах», мечты о большой литературе. Первые публикации в престижном журнале, первая книга. Успех, репутация «молодого перспективного писателя», контракты с киностудиями. Нежелание быть соцреалистом, усиливающийся прессинг властей. Триумф «Чонкина» за границей, обвинения в «клевете» на советский строй. Вынужденный отъезд в Германию в 1980-м. Жизнь в эмиграции, работа на радио, новые книги. Возвращение в Россию┘ Это и автобиография, и мемуары, и исповедь, и очерки о литературных нравах, и цикл новелл о знакомых людях (чаще всего – писателях, журналистах). Но «Автопортрет» – самое точное название. Подзаголовок «Роман моей жизни» – тоже верный. Это не строго документальный труд, а беллетристическое полотно, где, быть может, какие-то факты и перепутаны, а где-то писателя подвела память или, наоборот, разыгралась фантазия. Между главами и разделами книги придирчивый критик найдет «швы», стилевые несовпадения. Но это все мелочи, буквоедство. Главное: эта книга – достоверный слепок личности ее автора. Живое свидетельство его судьбы и его эпохи.

Не просто живое, но субъективное и пристрастное. Войнович не сводит ни с кем счетов, но он поименно называет тех, кто, на его взгляд, смалодушничал, не выручил (хотя мог), отошел в сторону (хотя был рядом). И тех, кто в личной беседе говорил одно, а на следующий день, на писательском собрании, – совсем другое. Лицемерие и двоемыслие Войнович презирает сильнее всего. Сильнее даже, чем советскую власть┘ В этой книге Войнович, как и герой его стародавнего рассказа, тоже хочет быть честным. И, по возможности, – справедливым.

Войновича спросили: «Будет ли у книги продолжение?» Он ответил: «Нет, продолжения я не планирую, но работу скорее всего продолжу, потому что, как это часто бывает, книга закончена, но сказано далеко не все, все время вспоминается что-то еще!»

Книга эта, конечно же, во многом сатирическая. Здесь немало фарсового, трагикомического, гротескного. Попадаются вкусные жизненные детали, язвительные наблюдения и острые словечки, как бы взятые «напрокат» из художественной прозы. Есть шутки, байки, анекдоты – порой весьма ядреные, но из песни ведь слова не выкинешь. А какая галерея человеческих типов! Гоголь и Щедрин могут не стыдиться такого наследника.

Для молодого читателя Войнович кое-что объясняет в тексте, как если бы действие книги происходило тысячу лет назад. И вправду, советские реалии «Автопортрета» – это что-то практически из области древней истории. Но, кажется, это книга не только о прошлом, но (как всегда бывает у хороших писателей) и о будущем. А еще о том, что никогда, ни при каких обстоятельствах не следует падать духом.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Победу "Единой России" Путин затвердил Медведевым

Победу "Единой России" Путин затвердил Медведевым

Иван Родин

На встречах с президентом партии меряются заслугами, а губернаторы – процентами за ЕР

0
1202
Говорливых защитников накажут заранее

Говорливых защитников накажут заранее

Екатерина Трифонова

Наступление на адвокатуру вошло в стадию доследственных проверок

0
963
Блок коммунистов и беспартийных под давлением не складывается

Блок коммунистов и беспартийных под давлением не складывается

Дарья Гармоненко

Акции протеста обнулятся еще до того, как власть поставит под вопрос иммунитет депутатов от КПРФ

0
975
Российское такси изменится до неузнаваемости

Российское такси изменится до неузнаваемости

Анатолий Комраков

Минтранс планирует глубокую реформу отрасли

0
948

Другие новости

Загрузка...