Дом, который помнит всё

Директор музея Евгений Богатырев рассказывает о том, как обустроился Александр Пушкин в квартире на Арбате. Фото автора

Музей «Мемориальная квартира А.С. Пушкина» – квартира, овеянная пушкинским счастьем, как выразился директор Государственного музея А.С. Пушкина Евгений Богатырев. В этом году музей отмечает свое 40-летие.

Открытие этого мемориала поэта состоялось 18 февраля 1986 года. Накануне памятной даты сотрудники музея устроили экскурсию «Накануне свадьбы. Мальчишник. Опыт неисторической реконструкции». Гостей угощали не только пищей для ума, но и развлекали живой музыкой в исполнении заслуженного артиста Московской области, члена Союза писателей России Павла Быкова да потчевали шампанским с сёмушкой.

Собственно, 17 февраля 1831 года, за день до свадьбы, поэт Александр Пушкин устроил в арбатской квартире холостяцкий обед — «мальчишник».

Во время экскурсии директор сделал акцент на старой маклерской книге, находке, которой гордится музей. Листы плотные, с коричневыми пятнами по краям – их трогали руки, которые уже полтора века как истлели. «Будет чего не явится, или будет разбито, или изломано, или замарано, то за поврежденное заплатить...» – читает Евгений Богатырев вслух пункт договора найма. 23 января 1831 года Александр Пушкин собственноручно подписал эту бумагу. Чистка труб, печное отопление, пять печей наверху. Почерк писаря, подпись поэта.

«Для моих предшественников, тех, кто создавал этот музей в 60-е и в 70-е годы, это было сродни подвигу. Здесь находились коммунальные квартиры. На двух с половиной этажах жило порядка 33 человек. Дом был в таком состоянии, что представить себе, как здесь жил Пушкин, было просто невозможно», – поделился Евгений Анатольевич.

Пушкинскую гостиную, где в 1831 году собирались Денис Давыдов, Николай Языков, Петр Вяземский и где Левушка Пушкин «командовал столом», в советское время перегородили на два этажа и заселили четырьмя семьями. Люди варили щи, ссорились в очередях за керосином, рожали детей и умирали там, где еще звучал голос поэта. Потом годами их расселяли: кого-то уговаривали, кого-то – нет.

Сон разума

В 1986-м последние свидетели пушкинской эпохи окончательно ушли, и память о ней стала делом музейщиков, реставраторов, архивистов. Тех, кто умеет читать маклерские книги и восстанавливать паркет по сохранившимся фрагментам.

В арендованной квартире Пушкина пять комнат – зал, гостиная, столовая, кабинет, спальня. И будуар Натальи Николаевны Гончаровой, совсем маленький. «Все дома похожи один на другой, – сказал Богатырев. – Что такое пять комнат для нашего современного представления? Много это или мало? Пушкин снимает этот дом не для того, чтобы привезти в золотую клетку свою красавицу-жену. Весь смысл был в том, чтобы принимать гостей».

И гости были. 17 февраля – мальчишник, 18-го – свадьба, 27-го – первый бал. «Пушкин славный задал вчера бал. И он, и она прекрасно угощали гостей своих. Она прелестна, и они как два голубка», – записал тогда Александр Булгаков.

Это продлится до мая. Потом будет Царское Село, потом Петербург, потом Черная речка. Но здесь, на Арбате, словно остановленное время. Три месяца абсолютного счастья, о которых Пушкин писал своему другу Петру Плетневу: «Лучшего не дождусь».

Артист Павел Быков разместился в кабинете поэта на диване, почти как Павлуша Вяземский в 1831 году.  Фото автора

Со временем Пушкин забронзовел, и кажется, что он всегда был таким, как он изображен на портретах или увековечен в памятниках, – с заложенной за борт рукой, в цилиндре и бакенбардах. Только в квартире на Арбате, когда видишь вещи, реконструкцию быта, понимаешь, что все не так. Вот кресла, в которых сидели гости, а это стол, за которым пили шампанское, или аутентичные бокалы-флейты, из которых пили Давыдов и Языков, – и Языков наутро не мог вспомнить, какие стихи читал. А вот картина, висящая в кабинете, – портрет Пушкина работы Авдотьи Елагиной, копия с тропининского, сделанная в том же 1831-м. «Наш музей обладает колоссальной коллекцией и, что самое главное, массой мемориальных предметов, которые держат дух и энергию и самого Александра Сергеевича, его окружения», – говорит Богатырев.

И правда, здесь предметы держат дух. Входишь в эти комнаты, и становится понятно, что Павлуша Вяземский, 11-летний мальчик, который после венчания встречал молодых с образом, нашел здесь на полке сборник былин Кирши Данилова и «приковал свое внимание на весь вечер». Потому что это был дом, где жили, где можно было взять книгу и читать, пока взрослые празднуют.

Тяжесть как свидетельство

После реставрации 2023–2024 годов дом выглядит почти так же, как в 1831-м. Почти – потому что абсолютной точности не бывает. Никто не знает, как именно были расставлены кресла в тот вечер, из какой посуды ели и какими свечами освещали комнаты. Но известно, что Пушкин нанял прислугу – дворецких Александра и Ивана Григорьевых, повара (имя неизвестно), конюха, прачку. Также известно, что Никита Козлов, его дядька, был рядом. И еще удивительная для современников деталь – в доме не было воды, ни горячей, ни холодной, ни канализации, ни ванны, ее носили ведрами.

«Многим из нас кажется, что то, как мы сегодня живем и чем мы окружены предметами и моментами цивилизации, так было всегда. Увы, – напомнил Богатырев. – Вот и наш этот дом рассказывает о том, что это было не всегда».

Действительно, часто кажется, что прошлое – это просто немного другая версия настоящего. Что Пушкин жил почти как мы, только в сюртуке и при свечах. Но он жил в мире, где за водой ходили на колонку, где печи топили дровами и боялись пожаров, где слуги спали на антресолях, в холоде и тесноте. И при этом были счастливы.

Тот арбатский мир 1831 года – с лиловыми обоями «с рельефными золотыми цветочками», с бокалами-флейтами, с сёмушкой на закуску, с чтением стихов, которые наутро никто не помнит, – ушел. Его можно восстанавливать по крупицам, по маклерским книгам, по воспоминаниям, по сохранившимся фрагментам паркета. А еще прогуливаясь в компании эксперта Евгения Богатырева, человека, который буквально живет тем временем, чувствует его, как параллельное нашему, проходит сквозь века, чтобы поведать историю поэта.

В 2024 году после очередной реставрации музей открылся снова. 6 июня, в день рождения поэта. Во время экскурсии по дому можно рассмотреть старую фотографию: дом до реставрации, 1970-е годы. Облупившаяся штукатурка, кривые рамы, во дворе – сараи. «Представить себе, как здесь жил Пушкин, было просто невозможно», – повторяет директор.

Теперь стоит подняться на второй этаж, пройти по этим пяти комнатам, посмотреть на портрет Дельвига, который Пушкин купил у вдовы друга за тысячу рублей, на бокалы, на стол, на кресла, на интерьер кабинета, и мерещится, что слышишь, как за стеной кто-то читает стихи.

Квартира, где жил поэт

В доме на Арбате к круглым датам привыкли относиться спокойно. Здесь всё измеряют другими числами. Главное из них – 18 февраля 1831 года, день венчания Пушкина и Гончаровой. И каждый год в середине февраля Москва вспоминает об этом.

С 17 февраля по 2 марта в городе проходит традиционный Фестиваль искусств «Москва. Пушкин. Февральские вечера». Он давно перерос стены одного здания: концерты и спектакли идут на Пречистенке, в Доме-музее Василия Львовича Пушкина на Старой Басманной, в тургеневском доме на Остоженке. Но сердце фестиваля всегда здесь, на Арбате, 53.

17 февраля, ровно через 195 лет после того самого холостяцкого обеда, в мемориальной квартире открыла фестиваль экскурсия «Накануне свадьбы. Мальчишник». А 2 марта событие завершится здесь же – «Семейным торжеством». В гостиной, оклеенной «диковинными обоями под лиловый бархат», встретятся те, для кого чета Пушкиных – не просто имена из учебника. Потомки поэта и его жены соберутся в доме, где три месяца 1831 года их предки были счастливы. Будут читать «Метель» – может быть, ту самую, болдинскую, написанную за год до свадьбы.

И в этом есть какая-то особенная, пушкинская симметрия. Юбилей музея, фестиваль, потомки за тем самым столом, стихи – и тихое, негромкое доказательство того, что дом действительно помнит всё.