Александра Самарина. Завершая летнюю сессию, Дума в авральном порядке приняла несколько важных политических законопроектов. В частности, существенно увеличив штраф за клевету. Однако, как выяснила «НГ» на прошедшей неделе, вслед за «клеветой» коррекции подвергнется и статья КоАПа об оскорблении. Рост штрафа планируется десятикратный. И закон будет внесен уже в начале следующей сессии нижней палаты. Однако вопрос в том, насколько принятые в последнюю семидневку законы и будущие инициативы окажутся результативными в борьбе с оппозицией. Пока власть дует на воду, обжегшись на молоке, – дает себя знать испуг от полугодовой давности протестных акций. И плодит все новых критиков – на ровном месте.
Хочется спросить: против кого воюем? Против «иностранных агентов»? Этот закон, ставящий клеймо на НКО, получающих зарубежные гранты и «занимающихся политикой», тоже был принят на прошедшей неделе. Инициатива была настолько непродуманной, что уже после ее внесения, по совету Путина, спешно пришлось исключать из сферы действия документа религиозные организации и госмонополии. Торопливость власти труднообъяснима – даже если принять во внимание предсказанные коммунистами и некоторыми политологами осенние протестные выступления. Потому что сегодня политический барометр спокоен, бури ничего не предсказывает, как и резкого сокращения социальных выплат. Напротив, если верить в массовые протесты, то самое время наладить диалог с обществом.
Яркий пример глубинного отвращения власти к любому проявлению несогласованных с ней публичных акций – приговор по делу Pussi Riot, проникнутый духом не советской даже, а средневековой нетерпимости. Сходство с инквизицией, перегибы которой, напомним, были осуждены самой же Католической церковью, усугубляется попыткой (забавной) обращения правоохранительных органов к религиозной терминологии. И вот уже слово «сакральный» в транскрипции суда превращается в «сакраментальный», а девушки, заслуживающие максимум статьи о мелком хулиганстве, но запертые в камерах по неадекватно строгому обвинению, становятся символом несвободы слова. Опять-таки: чего добились, выставляя себя миру на посмешище? Двусмысленной выглядит в этой ситуации и позиция РПЦ. Первое, что вспоминается, по ассоциации – Понтий Пилат, умывающий руки. Ссылающийся в духе «Единой России» на волю простых россиян, чьи «сакраментальные» чувства непоправимо оскорблены...
Создается впечатление, что власти выстраивают стройную систему заграждений от нападок – вместо поддержки нормальных институтов гражданского общества. Вроде бы даже имеется при президенте Совет по развитию последнего, но вот на прошлой неделе опять-таки выяснилось, что он почти развалился и заполнять освободившиеся вакансии – после бегства из совета авторитетных экспертов и правозащитников – будут по результатам интернет-голосования. Непонятно только, куда девается при этом существующая система набора в совет, при которой кандидатуры президенту представляет глава этой структуры. Что за странная новация – появление в важнейшей области защиты прав человека некоего «коллективного Федотова»? Уже появляются в Сети заявки типа: «Я, хоть и сидел, но знаю, что надо сделать».
