Владимир Скосырев В Гуджарате, одном из быстрорастущих регионов Индии, проходят выборы в Законодательное собрание. Атмосфера на них серьезно накалена. Дело в том, что Нарендру Моди, главного министра штата, оппоненты называют виновником индусско-мусульманской резни, вспыхнувшей пять лет назад.
За голосованием, которое проходит в два этапа и закончится 16 декабря, следит вся страна. Во-первых, исход схватки может повлиять на предстоящие вскоре общенациональные выборы. Основными соперниками на них выступят Индийский национальный конгресс (ИНК), возглавляющий центральное правительство, и правая националистическая партия Бхаратия Джаната парти (БДП).
Во-вторых, если БДП добьется победы в штате, как произошло в 2004 году, то Моди, один из видных деятелей этой партии, сможет претендовать на роль ее лидера. То есть нельзя исключать, что столь неоднозначная фигура через пару лет станет премьер-министром.
Дело в том, что БДП, стоявшая у власти в стране более пяти лет, оказалась не в состоянии быстро провести смену поколений лидеров после поражения на всеиндийских выборах. Ее самым авторитетным руководителям по 70 и более лет. А 57-летний Моди излучает энергию. Поклонники разместили видеоматериалы с самыми зажигательными выступлениями главного министра на всемирно известном интернет-сайте YouTube. Песни, в которых прославляются его достижения в экономике, звучат в ушах пользователей сотовых телефонов.
Однако мусульмане, да и многие представители самой многочисленной религиозной общины – индусской не забыли о роли Моди в трагических событиях 2002 года. Дело о поджогах и убийствах на почве религиозной ненависти рассматривал тогда Верховный суд. В своем вердикте он охарактеризовал главного министра как «современного Нерона», который спокойно наблюдал, как горел город.
А в ходе нынешней предвыборной кампании масла в огонь полемики добавил еженедельник Tehelka, прославившийся своими расследованиями. Репортер, выдав себя за студента, собирающего материал о консервативных индуистских группировках, сумел записать на видеомагнитофон признания нескольких полицейских и политиков, близких к БДП. Они хвастались участием в погромах и говорили, что главный министр якобы дал на это добро.
Глава правительства Гуджарата отмел эти разоблачения как выдумку. По рекомендации политтехнологов он отбросил имидж яростного националиста, представ перед публикой в образе умелого организатора и защитника обездоленных слоев населения.
ИНК в ответ бросил в бой тяжелую артиллерию в лице премьер-министра Манмохана Сингха. Прибыв на днях в штат, он сказал, что правительство Моди в погоне за голосами нагнетает атмосферу страха. Сингх напомнил о том, что Конституция предоставляет равные права представителям большинства и меньшинства. И никому не будет позволено разрушить нормы, определенные Основным законом.
Ряд индийских комментаторов утверждают, что, несмотря на вмешательство премьера и лидера ИНК Сони Ганди в борьбу, верх возьмет БДП.
Как бы то ни было, это не станет прологом к периоду нестабильности в масштабах страны. Социолог Ачут Ягник, работающий в Ахмедабаде, коммерческой столице штата, отмечает, что индийские политики и прежде использовали религию в своих целях. Тем не менее ИНК и БДП, сменяя друг друга у власти, никогда не раскачивали лодку. Демократическая система, существующая шесть десятилетий, позволяла правящей элите гасить вспышки межобщинных распрей.
