Один был слеп, а другой нем

И тут явился гнусный Парвус... Кадр из телесериала «Демон революции». 2017

Владимир Коркунов

1917

Человек, вошедший в ткацкую,

изнасиловал женщину на сносях,

она застрелилась, а из ее чрева

вышло два ребенка,

один был слеп, а другой нем,

и когда выросли, то возненавидели 

друг друга

и подрались, слепой вырвал у брата глаза, 

а немой – гортань.

И тогда они помирились.

Ты спросила: кем были эти братья?

И я ответил: нами;

их мать – Россией,

дети – гражданской войной.

Всеволод Емелин

К 100-летию Великой Октябрьской социалистической революции

Белел не просто чей-то парус,

Российский вился триколор,

Врагам на страх, друзьям на радость

Плыл вдаль империи линкор.

Не зная горя и испуга,

Плыла империя вперед,

И были у нее два друга – 

Родная армия и флот.

Сквозь невский северный туман

Чернели офицеры в бурках,

Кружа замысловатых дам

В веселых вальсах и мазурках.

По щедрым пажитям обильным

Шло скирдование хлебов – 

Все это знаем мы по фильмам,

Что снял Никита Михалков.

Перед Европою болезной,

Словно во мраке чиркнув спичкой,

Писатель Достоевский бездны

Раскрыл души русскоязычной.

И, приготовив летом сани,

Плюя на пропаганду партий,

Боголюбивые пейзане

Плели узорчатые лапти.

Играли трубы на параде,

Хрустела сдобная баранка...

И, увидав все это, гадить

Нам стала злобно англичанка.

И тут явился гнусный Парвус

С казной германского генштаба,

Порвал на тряпки белый парус,

Чтоб неповадно было дабы.

И в этом деле поддержала

Его вся пятая колонна – 

Топить великую державу

Она сбежалась исступленно.

И Русь, как девушку за косы,

Поволокли на поруганье,

Приперлись пьяные матросы,

Нагадили в просторной ванне…

Я ничего не знаю гаже

Произошедших вакханалий – 

Как из подполья персонажи

Федор Михалыча восстали.

С своею рожею противной

Торжествовал грядущий хам,

И менеджер их эффективный

Всем раздавал по девять грамм.

Спустя сто лет понятно станет

Правда истории простая.

Теперь про карасей в сметане

Я лишь у Чехова читаю.

Сижу перед раскрытой книгой

И вязну в паутине лжи.

Скажи, где пироги с вязигой?

И кулебяки где, скажи?

Так на бескрайнем пепелище

Стоит растерянный народ.

Кто был богатым – тот стал нищим,

А вовсе не наоборот.