Рассеянный гений

Лев Минц был веселым человеком.
Фото Владимира Ларионова

Лев Миронович Минц умер 30 ноября. В день открытия книжной ярмарки Non/fiction, на которой было представлено сразу несколько его книг┘ На стенде одного только издательства «Ломоносов», с которым писатель и ученый плотно сотрудничал в последние несколько лет, можно было найти три увесистых, изящно оформленных тома: «Котелок дядюшки Ляо», «Придуманные люди с острова Минданао» и совсем новый «Блистательный Химьяр и плиссировка юбок». Но самого Льва Мироновича на выставке-ярмарке уже не было┘ И, похоже, не планировалось – в последний год он много болел.

Лев Минц был хорошо известен читателям журнала «Вокруг света», где он с 1967 года и вплоть до полного перерождения научно-популярного издания в глянцевый буклет публиковал остроумные статьи об этнографии быта. Об этом же были и его книги. Он обращал внимание на такие мелочи национального быта больших стран и маленьких островов, которые пропускали другие этнографы. Где что едят? Где как женятся? Где что носят? Все его книги увлекательны и познавательны. Это высший класс научно-познавательной литературы – в равной степени и доступной для детей и полезной для взрослых. Со страниц своих книг он выглядывал таким мудрым дедушкой, который знает много и умеет интересно рассказать. Культура повседневности в его изложении представала россыпью забавных и поучительных баек.

А еще любители фантастики знали рассеянного гения из города Великий Гусляр Льва Христофоровича Минца. Он постоянно что-то изобретал, от чего было немало пользы, но еще больше беспокойства. Лев Минц и Игорь Можейко, писавший под псевдонимом Кир Булычев, были добрыми друзьями. Вместе сотрудничали в «Вокруг света». И на правах старинного друга Минц упросил Булычева ввести его в свои произведения. Подкрепив просьбу заверениями, что у него, мол, есть чувство юмора и он, мол, не обидится ни на какие издевательства над списанным с него персонажем. Первый раз Лев Христофорович Минц появился в Гуслярском цикле в 1972 году в рассказе «Домашний пленник», а последний – в вышедшем уже после смерти Игоря Всеволодовича Можейко рассказе «Орел». В нем безумный гений по заказу серьезных людей воплотил в реальность, вывел символ России – двуглавого орла┘

И вот Льва Минца нет с нами. Нет мудрого ученого, нет блестящего писателя, нет и очаровательного литературного персонажа┘ Нет – с нами. Но и Лев Миронович, и Лев Христофорович остались на страницах книг.