0
13526
Газета Печатная версия

13.05.2015 00:01:00

Газовая конкуренция: Иран в обойме

Тегеран может стать весомым игроком на рынках голубого топлива

Эльдар Касаев

Об авторе: Эльдар Османович Касаев – главный специалист Российского газового общества, член экспертного совета Союза нефтегазопромышленников России, кандидат экономических наук.

Тэги: иран, газ, углеводороды, cnpc, tanap


иран, газ, углеводороды, cnpc, tanap Иранский газ готовится к выходу из-под санкций. Фото Reuters

В свете возможного снятия санкций с Ирана нефтегазовые перспективы этого государства по-прежнему активно обсуждаются в средствах массовой информации. На повестке дня – будущий рост поставок иранского природного газа в Азию и Европу, что самым серьезным образом способно затронуть интересы давних экспортеров, включая Россию.

Как это часто бывает, актуальная тема становится поводом для различных спекуляций, пространных рассуждений и поверхностных оценок, принадлежащих перу отнюдь не компетентных исследователей.

В связи с этим назрела необходимость основательно проанализировать реальные возможности газового сектора Ирана с прицелом на будущее увеличение экспорта сырья.

В активе и перспективе

Доказанные запасы иранского газа превышают 30 трлн куб. м, что ставит государство на лидирующие позиции по этому показателю в мире. В зависимости от статистического источника пальму первенства делят между собой Россия и Иран. В любом случае в персидских недрах залегает около 15–17% мировых запасов голубого топлива и более 1/3 всех газовых запасов ОПЕК.

Казалось бы, с таким багажом Тегеран уже давно должен был вмешаться в расстановку сил на газовых рынках, вставив палки в колеса своим мощным визави. Однако международные санкции опутали по рукам и ногам не только нефтяную, но и тесно с ней связанную газовую промышленность этого государства.

Ощущая дефицит нефтедолларов, иранцы не имели возможности вкладывать финансовые ресурсы в развитие газового сектора, который уже довольно длительное время остро ощущает нехватку зарубежных технологий и достаточного количества иностранных инвестиций.

Тем не менее персы не пали духом (апатия и уныние вообще не свойственны этому народу – из личного опыта длительного и плотного общения с иранскими представителями на площадке Форума стран – экспортеров газа в Катаре), а начали активно вести геолого-разведочные работы внутри страны, чтобы впоследствии удивить мировую общественность объемами добычных активов.

Результат не заставил себя долго ждать. По данным FACTS Global Energy, которые приводит на своих страницах издание «Нефтегазовая вертикаль», у страны высокий коэффициент поисково-разведочного бурения, оцениваемый на уровне 79%. Для сравнения: мировой показатель 30–35%.

Так, несколько лет назад были коммерчески открыты четыре крупных месторождения: «Сардар Джангал», «Фороуз-Б», «Мадар», «Хайям».

Первое было открыто на шельфе Каспийского моря. По оценкам, оно содержит свыше 1,4 трлн куб. м газа. Однако с учетом его географического расположения (около 241 км от берега Каспия), вполне вероятно, что Иран будет делить право собственности на это месторождение с Азербайджаном. В этом случае отсутствие принятых международно-правовых актов между двумя прикаспийскими государствами, позволяющих вести разработку трансграничных месторождений шельфа Каспийского моря, станет юридическим препятствием на пути к освоению «Сардар Джангала».

Согласно Arab Oil & Gas Journal, «Фороуз-Б» содержит свыше 707 млрд куб. м извлекаемых запасов газа. «Мадар» – 495 млрд куб. м сырья. Оба месторождения расположены на шельфе Персидского залива. Начало добычи на первом из них ожидается в 2017–2018 годах. Газ планируется использовать для выработки электричества на экспорт в Ирак, Турцию, Пакистан и Оман.

Запасы «Хайяма» составляют 260 млрд куб. м газа, из которых как минимум 80% могут быть извлекаемыми, а также 220 млн барр. конденсата.

Запасы месторождения «Киш», которые первоначально оценивались в 1,4 трлн куб. м, были серьезно переоценены в 2011 году и составили почти 2 трлн куб. м газа. Согласно прогнозу FACTS Global Energy, «Киш» может войти в список самых прибыльных месторождений, так как потенциально с него может добываться более 113 млн куб. м газа в сутки. Однако вследствие длительных разногласий между компаниями, разрабатывающими «Киш», а также из-за отсутствия необходимой для полноценной реализации проекта инфраструктуры (газопроводов, газоперерабатывающего завода, новой электростанции) первая фаза едва ли будет введена в эксплуатацию до 2020 года.

Извлекаемые запасы месторождения «Лаван» составляют примерно 186 млрд куб. м газа и 62 млн барр. конденсата. Первую фазу разработки (суточная добыча составит 21,2 млн куб. м газа и 11 тыс. барр. конденсата) планируется завершить в 2015–2016 годах.

Контракт с малайзийской SKS group на разработку месторождений «Гольшан» и «Фердоус», в недрах которых имеется около 1,1 трлн куб. м и 311 млрд куб. м газа соответственно, был аннулирован по причине того, что подрядчик отказался от участия в проектах. Тем не менее иранские фирмы собираются собственными силами начать добычу с этих активов к 2020 году.

Ставка на «Южный Парс»

Говоря о добычных активах Ирана, стоит отметить, что львиную долю производства газа обеспечивают месторождения «Южный Парс», «Нар», «Канган» и «Танбак». Так, по самым скромным оценкам, в недрах «Южного Парса» залегает около 13–14 трлн куб. м газа.

По статистике, около 80% иранской валовой добычи приходится на газовые месторождения, а примерно 20% – на попутный нефтяной газ с месторождений провинций Хузестан, Илам и Керманшах.

Несмотря на внушительную ресурсную базу, рост газодобычи в Иране в последние годы не показал ожидаемых темпов. Это было вызвано задержками в разработке «Южного Парса», а также тем, что газотранспортная сеть и компрессорные станции высокого давления не были готовы к большему потоку подачи голубого топлива.

Тем не менее, как заявил Хамид Реза Араки, генеральный директор Национальной иранской газовой компании, незадолго до окончания минувшего года по иранскому календарю (с 21 марта 2014 по 20 марта 2015 года) Иран впервые смог добыть больше количества газа, чем потребить.

Сообщается, что средний уровень добычи природного газа в последние  месяцы 2014 года составил 638 млн куб. м в сутки, что на 68 млн куб. м превышает аналогичный показатель 2013 года.

По данным BP, по итогам 2013 года Иран добыл 166,6 млрд куб. м природного газа, став третьим государством по этому показателю после США (687,6 млрд куб. м) и России (604,8 млрд куб. м). Летом британская компания опубликует свой ежегодный статистический справочник BP Statistical Review of World Energy 2015, в котором, как представляется, будет зафиксировано еще большее увеличение иранской добычи вследствие интенсификации производства на «Южном Парсе».

В феврале 2014 года была введена в эксплуатацию 12-я фаза вышеназванного месторождения, что и обусловило стремительный рост газодобычи в стране. К 2016–2017 годам планируется вывести эту фазу на полную мощность – около 85 млн куб. м газа в сутки и 120 тыс. барр. конденсата в сутки.

Благодаря эксплуатации некоторых скважин, морских платформ и линий по очистке природного газа в последние месяцы 2014 года ежесуточная добыча газа на «Южном Парсе» начала активно расти.

В январе 2015 года иранцы ввели в строй последнюю газодобывающую платформу в рамках 12-й фазы месторождения, что еще больше увеличило объем производства.

Углеводородная  карта Ирана.	Инфографика Михаила Митина
Углеводородная  карта Ирана. Инфографика Михаила Митина

Примечательно, что введение в эксплуатацию этой платформы было осуществлено в качестве подтверждения обещания Хасана Рухани, президента Ирана, начать добычу сырья на всех блоках «Южного Парса» к концу срока его полномочий, который истекает в 2017 году.

По заявлению Хасана Монтазер-Торбати, директора департамента планирования Национальной иранской газовой компании, в период с середины марта 2014 по начало января 2015 года его компания добыла 158 млрд куб. м газа, что на 16 млрд куб. м превысило показатель аналогичного периода 2013 года.

Иранец также заявил об увеличении экспорта газа на 10%. По данным Хасана Монтазер-Торбати, за указанный период объем поставок иранского сырья достиг 8 млрд куб. м. Кроме того, с марта 2014 по февраль 2015 года экспорт иранского газа превысил его импорт на 2,5 млрд куб. м.

Тегеран нацелен и дальше увеличивать объем суточной газодобычи (к концу 2014 года она превышала 600 млн куб. м) за счет разработки «Южного Парса». Параллельно  планируется построить важнейшие объекты инфраструктуры для интенсификации сбыта сырья потребителям государств Ближнего и Среднего Востока, а также Европейского союза.

Экспортная политика

В одной из своих статей иранист Николай Кожанов приводит весьма любопытные сведения, полученные от иранских чиновников. Например, приоритетными проектами в сфере развития газовой инфраструктуры для Тегерана являются прокладка транснациональных газопроводов № 6, 7, 9, 10 и 11, а также завершение работ по наращиванию производственных мощностей газоперерабатывающего завода Илам. При этом газопроводы № 6, 9 и 11 строятся для обеспечения поставок топлива на внешние рынки.

По заявлению Асгара Сохейлипура, главы комитета по инвестициям Национальной газовой компании Ирана, финансирование строительства вышеназванных магистралей будет осуществляться за счет нефтедолларов. На завершение прокладки газопроводов № 6, 9 и 11 требуется 2 млрд, 6 млрд и 4 млрд долл. соответственно. 

Для реализации газотранспортных проектов Тегеран намерен привлечь иностранные компании. Уже идут переговоры с японской Mitsubishi Group, а также южнокорейскими Samsung и LG. Помимо азиатских игроков итальянские фирмы проявили интерес к совместному участию в трубопроводных проектах Ирана, не дожидаясь полной отмены санкций, препятствующих эффективной деятельности иностранного бизнеса на иранском рынке.

Так, в топком болоте международных санкций увязли инвестиции китайской CNPC, вложенные в разработку 11-й фазы «Южного Парса». В 2013 году Иран аннулировал договор с китайской госкорпорацией, сославшись на чрезмерную задержку реализации проекта с ее стороны.

На сегодняшний день покупателями иранского голубого топлива являются Турция, Армения и Нахичеванская автономная республика. Экспорт турецким потребителям составляет около 10 млрд куб. м газа в год, остальные получают около 1 млрд куб. м иранского топлива.

Это ничтожно малые объемы для государства, которое, как было отмечено выше, по запасам сырья делит первую строчку мирового рейтинга.

Осознавая это, иранское руководство в последние годы активно стремилось наладить газовые мосты с региональными соседями, отдавая приоритет Пакистану и странам Персидского залива.

Благодаря финансовому участию Китая, который в апреле официально заявил о своем намерении построить участок газопровода Иран–Пакистан, через два года этот проект может быть полностью реализован.

Иранский участок трубы (около 900 км) уже построен, поэтому мяч находится на стороне Исламабада, которому удалось выжать максимум из многомесячных закулисных переговоров с Пекином, договорившись с China Petroleum Pipeline Bureau, дочерним предприятием CNPC, о строительстве магистрали протяженностью около 700 км.

Затем газопровод будет соединен с уже имеющейся газотранспортной сетью Пакистана. Строительство оставшегося участка трубы (около 80 км) до иранской границы ляжет на плечи Исламабада. После запуска проекта пакистанский рынок может получить около 28 млн куб. м в сутки иранского газа.

Как недавно заявил Хамид Реза Араки, в мае начнутся поставки иранского газа в Ирак в объеме 4 млн куб. м в сутки с последующим увеличением до 35 млн куб. м в сутки. Газопровод Иран–Ирак вполне может быть продолжен до территории Кувейта. Переговоры заинтересованных сторон в настоящее время активно идут.

Кроме названных государств покупателями газа из Ирана могут стать еще две арабские монархии.

В апреле Алирез Камали, генеральный директор Иранской национальной газовой экспортной компании, заявил, что  в ближайшее время будут проведены переговоры с Оманом, который планирует экспортировать около 28 млрд куб. м газа в сутки в течение 25 лет. Ожидается, что строительство магистрали Иран–Оман завершится до 2017 года. Однако, как справедливо отмечает «Нефтегазовая вертикаль», сроки реализации проекта могут быть отложены по причине разногласий сторон в отношении цены на газ. По информации FACTS Global Energy, Тегеран настаивает на 11–14 долл. за 1 млн британских тепловых единиц, а Маскат предлагает не более 6–7 долл.

Относительно экспорта сырья с иранского месторождения «Салман» в ОАЭ также четкой ясности пока нет, поскольку переговоры сторон не были завершены из-за споров по цене и объемам газовых поставок и контракт передали в международный арбитраж.

И с Турцией, и с Россией

Стоит особо подчеркнуть, что ценовой вопрос способен завести в тупик многие планируемые сделки. Так, в феврале международный арбитраж начал рассмотрение иска Турции, требующей снижения цены импортируемого ею иранского топлива на 25%. Иск к Ирану был предъявлен по причине того, что он отказался предоставить туркам скидку на сырье, поставляемое по действующим договорам.

Несмотря на этот факт, Анкара серьезно нацелена на газовое сотрудничество со своим персидским соседом, что подтвердил апрельский визит Реджепа Тайипа Эрдогана, президента Турции, в Иран.

Турки рассчитывают на иранский газ как часть ресурсной базы Трансанатолийского газопровода (TANAP), который строится прежде всего для транспортировки азербайджанского сырья на турецко-европейскую границу.

Предпосылки для участия Ирана в проекте есть: появилась информация о том, что азербайджанская государственная нефтяная компания SOCAR рассматривает предложение по продаже Ирану части своей доли в TANAP.

Ранее иранский лидер заявлял, что в случае полного снятия западных санкций его страна готова экспортировать европейским потребителям 20 млрд куб. м газа к 2020 году.

Безусловно, появление на рынке Старого Света иранского сырья не на руку России, которая, несмотря на весомую долю присутствия на нем (около 30%), вынуждена постоянно отвоевывать свои позиции в конкурентной борьбе с Норвегией и поставщиками сжиженного природного газа, среди которых Катар, Алжир, Нигерия.

Однако, как нередко бывает в международной практике ведения энергетического бизнеса, конкуренция и партнерство могут идти рука об руку. С одной стороны, поставки иранского газа через лоббируемый Европой южный газовый коридор в обход России противоречат интересам Москвы. С другой – Иран устами Мохаммада-Джавад Зарифа, министра иностранных дел, в минувшем месяце заявил о готовности сотрудничать с «Газпромом» при строительстве «Турецкого потока».

Что это – тонкое искусство энергетической дипломатии или острое желание усидеть на двух стульях?

Завершая анализ состояния и перспектив газовой промышленности Ирана, а также основных направлений его газоэкспортной политики, стоит акцентировать особое внимание читателя вот на чем. Амбиции Тегерана существенно нарастить производство и сбыт голубого топлива имеют под собой ресурсную почву, а вот инфраструктурная составляющая серьезно хромает по ряду веских причин.

Здесь и постоянные споры, в том числе на судебных площадках, с инвесторами, и сложная внутриполитическая обстановка в регионе Ближнего и Среднего Востока, часто не позволяющая закончить начатые проекты в срок, и неоднозначная перспектива снятия экономических санкций в течение этого года.

Относительно возможного появления иранского газа в Европе также остается много вопросов, одним из которых является эффективное взаимодействие с Россией на европейском рынке.

В будущем иранский газовый сектор имеет все шансы окрепнуть и существенно улучшить нынешние показатели, став полноправным конкурентом ведущих поставщиков, но, по всей видимости, произойдет это позже, чем ожидают в Тегеране и прогнозируют некоторые эксперты.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


В чью пользу считает деньги НОВАТЭК

В чью пользу считает деньги НОВАТЭК

Алексей Мухин

Почему компания заказывает газовозы не в России, а в Южной Корее?

0
753
Поиск оптимального пути к низкоуглеродной экономике

Поиск оптимального пути к низкоуглеродной экономике

Иван Егоров

Критика законопроекта и предложения бизнеса и экспертов по его корректировке

0
301
Нужно ли России регулировать выбросы парниковых газов

Нужно ли России регулировать выбросы парниковых газов

Олег Никифоров

Перспективы участия в мировой борьбе с глобальным потеплением

0
320
Начало российско-американской газовой войны в Европе

Начало российско-американской газовой войны в Европе

Борис Николаев

Общемировой рост спроса на голубое топливо усиливает конкуренцию на рынке

0
2027

Другие новости

Загрузка...
24smi.org