0
837
Газета Стиль жизни Печатная версия

30.07.2003

Музыка - это страшная сила

Тэги: музыка, пропаганда, агитация, власть


музыка, пропаганда, агитация, власть Тихон Хренников и президент.
Фото Александра Шалгина (НГ-фото)

Во время одной из предвыборных кампаний еще при Ельцине представители русской попсы объединились в некую концертную агитбригаду и поехали по стране с лозунгом "Голосуй или проиграешь". Судя по всему, чего-то такого следует ожидать и теперь. Ибо известно, что музыка - сильнейший возбудитель подкорковых зон мозга и, стало быть, подобно дудочке крысолова, способна воздействовать на чувства и сознание людей, активно влиять на настроения, нравы, идеи - моделировать поведение общества.

В страшную силу музыка всегда превращалась, когда ее гипнотическую сущность сильные мира сего использовали в своих интересах. Так пастух своей свирелью гипнотизирует стадо баранов и ведет, куда ему вздумается. Кстати, и мистические звуки органа, и церковные псалмы - из этой же серии.

Сколько лет страна распевала гимны Отцу народов, и первоклассные мелодии Исаака Дунаевского (некоторые из которых, как выяснилось, один к одному позаимствованы у американского джаза) были парадным фасадом империи зла, за которым чернели лагеря, щетинилась колючая проволока и работала адская мясорубка.

Когда думаешь о Сталине, страшная, пагубная энергия, заключенная в музыке, осознается особенно остро. Как всякий природный кавказец, Сталин был человеком с развитым чувством музыки и с приличным музыкальным вкусом. Особенно жаловал он оперу и был заядлым посетителем Большого театра, который в художественном отношении переживал в годы сталинизма свой золотой век. Личная ложа Сталина была зашторена от зрительного зала и находилась в левом бенуаре у самой авансцены, туда был прямой ход с улицы (единожды в жизни я был по соседству с этой запретной ложей, слушал "Фауста"; скажу: витает, витает там Дух правителя, и леденит от этого кровь). Опероман Сталин сделал Большой своим придворным театром, а избранную элиту певцов и танцовщиков - придворными артистами своего Величества. Безграничной творческой свободой пользовался, к примеру, кремлевский любимец, тенор Иван Козловский.

Из певиц Иосиф Виссарионович остановил свой глаз на сопрано Наталье Шпиллер, супруге лучшего тогда виолончелиста Святослава Кнушевицкого, и меццо-сопрано Вере Давыдовой, которая была замужем за грузинским басом и, между прочим, завтруппой ГАБТа Дмитрием Мчедели. Годы спустя Наталья Дмитриевна рассказывала о так называемых кремлевских концертах: часто ее забирали среди ночи, и где-нибудь в четыре утра она вынуждена была петь перед чисто мужской бандой хмельных членов Политбюро. О Сталине она всегда молчала, как, впрочем, и о главном своем покровителе - Ворошилове. Пассия Берии - депутат, импозантная красавица Давыдова отвергала даже намек на притязания вождя и в результате так и не стала ни народной артисткой СССР, ни официальной примадонной Большого (это место занимала сексапильная, но с более ординарным голосом Максакова).

Если становилось известно о вечернем визите великого меломана, театр с утра был уже как будто на осадном положении - оцепление снаружи, страх внутри. Хуже стихийного бедствия было неожиданное посещение Сталина - он мог нагрянуть, скажем, ко второму акту. И горе тому, кто не понравится, - человек мог запросто сгинуть. Отголоски фаворитизма на оперной ниве проскакивали и после Сталина: Булганин отличал Галину Вишневскую, Демичев щедро делал все возможное и невозможное для Елены Образцовой, а та учила пению его дочь. Даже скромный Путин не прочь прилюдно засветиться в обществе мариинских красоток - балерины Лопаткиной и певицы Нетребко.

Беда всех постсталинских и застойных лидеров в том, что у них не было целенаправленной политики в области музыкального воздействия на массы, кроме, пожалуй, высочайших похорон под классику. Допустим, при Хрущеве и Брежневе процветал фольклор, но назвать это продуманным политическим шагом или заигрыванием с народом все же нельзя. Дальше - хуже. Даже интеллигентный и образованный провинциал Горбачев при всех потугах на имидж культурного правителя не имел своей официальной музыки, хотя перестройка и ассоциируется с роком и хеви-металом. Вместе с другим провинциалом Ельциным в права вступила эра попсы. Президентская семья, в которой супруга президента отличалась более утонченным музыкальным вкусом, завела не только Президентский оркестр (тот, который часто аккомпанирует Баскову), но и любимых певцов, среди которых на первом месте был юноша Юлиан с ремейками песен Пахмутовой. В это же время пытается заигрывать с молодежью эксцентричный, но неглупый Жириновский - собирает под свои знамена рокеров и неудавшихся певцов Большого театра.

Властители мира всегда считали делом высшего престижа приближать и содержать творцов - это было символом их контроля над ирреальным, интуитивно-творческим началом бытия и в то же время признаком респектабельности. В свою очередь музыканты должны были научиться общаться с властью. Многим из них это понравилось, многим показалось полезным. И вот родился оригинальный способ заигрывания с властью в виде всяческих музыкально-политических акций. В перестроечное время ярче всех отличался, конечно, несравненный Ростропович. Выдающийся виолончелист, с репутацией диссидента и жертвы коммунизма, всегда вовремя успевал отметиться в любой демократической (или псевдодемократической) заварухе.

Сегодня самый яркий пример сотрудничества музыки с политикой - Валерий Гергиев, с его явно государственным мышлением. Он умеет говорить с властью на одном языке, умеет, когда надо, повысить тон, умеет, наконец, сделать ей красиво - и в ответ получает все, что требуется для процветания Мариинского театра.

Сейчас все, кому не лень, пеняют на серость Большого театра и ставят ему в пример Мариинку. На самом же деле, если смотреть философически, Большой хуже только тем, что он не в Петербурге, а если серьезно - то неумением говорить с властью, недостатком масштабного творческого лидера с управленческими мозгами, дефицитом художественной выделки, полным отсутствием перфекционистских претензий, которые есть даже в самых худших мариинских спектаклях и акциях. Вот, скажем, зачем понадобилось Большому планировать оперный репертуар следующего сезона так, что список намеченных премьер воспринимается как повторение пройденного Мариинкой? И "Летучий голландец", и "Мазепа", и "Макбет", и в особенности "Огненный ангел" - спектакли, конкретно ассоциирующиеся с Гергиевым и брэндом Мариинского театра.

Если Ельцин к таким глупостям, как Большой театр, был просто равнодушен (если не ошибаюсь, только однажды он был замечен на "монархической" опере "Жизнь за царя"), то его наследник Путин, петербуржец по крови и мозгам, до сих пор демонстративно предпочитает Мариинский театр с Гергиевым и игнорирует Большой - неизгладимое впечатление на всех произвело его бегство из Царской ложи в середине спектакля на недавней премьере "Руслана и Людмилы" (это был первый визит президента в главный театр страны). Но позитивный сдвиг все же налицо - своими периодическими визитами в Мариинку или присутствием в консерватории на закрытии Конкурса Чайковского президент показывает нации пример, что ходить на оперу и балет и вообще слушать серьезную музыку - это хорошо.

А в конечном счете от того, какой музыке внемлет младенец еще в материнском чреве, зависит, какое поколение народится, а значит, и судьба России.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


Власть работала над укреплением вертикали, оппозиция занималась ее расшатыванием

Власть работала над укреплением вертикали, оппозиция занималась ее расшатыванием

Иван Родин

Неделя в политике

4
1764
У нас

У нас

0
393
Прощай, моя высокопарность!

Прощай, моя высокопарность!

Марианна Власова

0
377
Нетихая музыка Тихого океана

Нетихая музыка Тихого океана

Надежда Травина

0
883

Другие новости

24smi.org
Рамблер/новости