Кошмар в метро потряс всех. В том числе и телеканалы. Первый вместо "Основного инстинкта" почему-то пустил бразильский фильмец. Или мексиканский? Я вникать не стал: просто переключился на НТВ.
Ну, что сказать... "Свобода слова", начатая вставанием и минутой молчания, – это правильно. Обсуждение произошедшей утром трагедии – к месту. Состав приглашенных – увы, увы. Опять все те же и оне же. Дорогие наши политики. Пара кандидатов в президенты. И прочие слуги народные.
Еще вот писатель Виктор Ерофеев был. Как пес среди роз.
Орудие писателя – как известно, слово. Но Ерофеев, получив микрофон, сходу заявил: не тот нынче день, когда надо использовать красноречие.
Спрашивается, а что еще можно использовать в ток-шоу? Говорильня она и есть говорильня. Которую ограничивают время и Савик Шустер.
И вообще странным каким-то был писатель Ерофеев. На себя не похож. Явно мучился человек. Вроде и неохота говорить, но так и тянет высказаться с позиций свободного художника. Чего бы делать не стоило. Свободный-то Ерофеев свободный, да передача у него авторская на госканале "Культура". Еженедельная. Мало ли что.
Эти ли неприятные соображения доконали писателя Ерофеева, общая ли нервозность в студии... Только писатель мялся, маялся, слова будто с трудом подыскивал... И выдал, как рванул: политики нас все время в ж..у загоняют. И эта ж..а – надоела!
Прав Ерофеев, черт побери, абсолютно прав! И слово точнейшее нашел, хотя и не совсем приличное. Оно, конечно, не принято определять вот так вот вслух... да на всю страну...
С другой стороны, по мне, уж лучше пусть звучат в эфире вульгаризмы, чем чушь о смертной казни для камикадзе. Или – о патрулировании улиц города добровольческими отрядами национал-активистов.
Глядишь, у нас теперь в затруднительных ситуациях появится эж..ов язык.
А Виктору Владимировичу за инициативу – звание "телепузик недели". В хорошем смысле слова.
Телемах Пандорин
Иван Родин 
