Григорий Заславский Начну не с того, что было, а с события, которое случится только сегодня – в первой половине дня в Общественной палате пройдут слушания на тему «Проблемы и перспективы системы театрально-концертных касс Москвы». Проблема возникла осенью: театральные кассы в Москве, привычные, удобно притулившиеся в углу где-нибудь у входа в метро, – они куда-то исчезают. И вот комиссия по культуре Общественной палаты решила провести слушания на эту тему, узнав, что борьба с незаконными и некрасивыми палатками в Москве сильно ударила по театральным кассам, которые приравняли к пивным ларькам, и, понятно, такой конкуренции они не выдержат. Театрально-концертные кассы наряду с другими объектами мелкорозничной торговли включили в перечень нестационарных торговых объектов, размещаемых на основании открытых аукционов. Самое очевидное последствие – снижение числа театральных касс. С одной стороны, объявлять бесплатные музейные дни, а с другой – фактически закрывать театральные кассы (еще одно возможное и естественное следствие такого движения – повышение цен на билеты) – как-то нелогично это...
Еще одна театральная новость, долгожданная, уж и отчаялись ждать: открылась Большая сцена театра «У Никитских ворот». «Культурная программа» нового мэра, по-моему, и началась с визита в бывший кинотеатр «Повторного фильма», который лет 20, может, чуть меньше перестраивали для театра Марка Розовского. Со среды начались торжества, и каждый вечер, вплоть до воскресенья, театр играл объявленную почему-то премьерой «Историю лошади», которая в том или в другом составе давно уже шла, правда, на прежней, крошечной сцене театра – в бывшей квартире (сцена так и называлась когда-то – «Квартира № 8»). В самом театре, где давно все актеры – выпускники театральных вузов, в новом его здании, в игре не выветрился какой-то замечательный дух студийности, и хотя лично мне интерьеры не понравились, глупо, наверное, да и не время сейчас писать и говорить об этом. Оставляю свое мнение при себе и просто поздравляю театр с долгожданным обретением, вернее, присоединяюсь к поздравлениям, с которыми в четверг, например, пришли к Розовскому Павел Лунгин, Гавриил Попов, Сергей Красавченко, Сергей Филатов, Адольф Шапиро, Вадим Абдрашитов, Павел Санаев...
А еще на прошлой неделе в Москве сыграли недавнюю премьеру петербургского театра «Приют комедианта» «Лир» – спектакль Константина Богомолова, в котором он занял сразу несколько актеров «Табакерки». Роза Хайруллина играет Лира, Яна Сексте – Корнуэлла, вернее, Семена Михайловича Корнуэлла, Эдмонда Самуиловича Глостера, незаконного сына Самуила Яковлевича Глостера, русского (по маме) играет Юлия Чиповская... Дочерей Лира играют мужчины, мужские роли отданы женщинам. Это понятно: в «Короле Лире» у Шекспира мужики ведут себя по-бабьи, а как раз героини демонстрируют мужские качества, все – хотя и по-разному – сильные духом. У Шекспира – идет война с французами, и Богомолов переносит события поближе к нам, в Великую Отечественную войну. В «Короле Лире» спорят о конце света, и режиссер определяет годы войны – как такой вот, последний излом истории. Страну изнасиловали – этот образ играется буквально: деля земли, Лир наваливается на надувную куклу из секс-шопа и «тараканит» ее микрофоном. Многие были в восторге, я – нет. Какие-то отдельные и замечательные находки не искупают какой-то навязчивости главных мыслей, их, я бы даже сказал, банальности. Надо бы поподробнее поговорить, да места немного. Увы.
