Анна Эпштейн Одно дерево в Петергофе – это одно дерево. Но три дерева – это уже трио. А, значит, многоголосие и разноголосие. Почувствовать глубину черно-белой фотографии можно на выставке Станислава Чабуткина. Это уже четвертая выставка из серии «Субъективный Петербург» в галерее «ФотоСоюз».
Клочья травы, торчащие из-под снега, закручивают композицию, уводят к деревьям и к горизонту. Там, за этой линией, мир, возможно, кончается. Там – обрыв, пропасть и небытие. Три дерева – это три жеста. Почти как у Марины Цветаевой, написавшей, что у деревьев «жесты трагедий», «жесты надгробий», «жесты торжеств», и у всех вместе «трепеты таинств». Несколько лет назад фотограф Стас Клевак снимал деревья, как иероглифы, пытаясь разгадать их. Этих попыток не оставляет и Станислав Чабуткин. Взгляд художника строго избирателен. Он не замечает ничего лишнего – только необходимое.
Субъективный Петербург Чабуткина – город раннего утра. Он состоит из полосок песка на берегу Финского залива, из деревьев и фонтанов Петергофа, из панорамы Грибоедовского канала. В этой панораме размещаются крыши, купола, дымящие трубы. И все линии сходятся, как и положено, в одной точке, и в этой точке горит солнце.
У Святослава Пономарева светит не солнце, а сами предметы. Его выставка называется «Сияющая тьма», она открылась в фотогалерее «им. братьев Люмьер». Представленные снимки сделаны через цветные фильтры, потом отсканированы и распечатаны. Пономарев подолгу всматривается в придорожные камни и растения, в пересечение железнодорожных путей. Металл, камни и опавшие листья становятся органичным единым пространством, способным излучать. Вокруг ночь, но свет льется из-под земли, из самих трав и камней. Поют травы. «Струенье┘ Сквоженье┘» – как писала вездесущая Марина Цветаева все в том же стихотворном цикле «Деревья». На снимках Пономарева тоже есть деревья – бледные, как тени, они вышагивают вперед, они растут из золотой земли и тают ветвями в черном воздухе. Это деревья-проводники. И в них свет. Свет вообще находится внутри материи – такое открытие сделал Святослав Пономарев путем бесконечных экспериментов с фотографией.
И в результате Пономарев увидел фантастический ландшафт, в котором всему придается особое значение. Фотограф увеличивает если не сами предметы, то их значение. На одной работе две горизонтальные трубы заполняют все пространство, а их встреча становится линией горизонта. Получается индустриальный пейзаж из двух плоскостей. Золотого цвета.
«Искусство – это мусор в пространстве бытия, это тень, – говорит фотограф. – Но этот мусор – единственная форма существования человеческой жизни». Он помогает увидеть другую реальность.
