Юлия Виноградова
Два друга. 1928–1930 год.
Фото предоставлено организаторами
Галерея «Улей», оправдывая свое название, старается заниматься русскими художниками-эмигрантами. Новый проект галереи пусть и не связан с живописцами, сбежавшими от советских реалий в парижские общежития, но все равно напрямую отсылает к теме французской столицы.
Художник Сергей Кольцов занимал в советской России вполне стабильное положение, возглавлял одну из секций в АХРе и был в итоге отправлен Наркомпросом в Париж в творческую командировку. В Париже Кольцов вел активную жизнь, много работал, участвовал в «Осеннем салоне» и выставках «Общества независимых художников». А в 1930-м даже организовал персональную выставку в одной из галерей.
Вот этой-то парижской поездке художника, которая продлилась с 1928 по 1930 год и стала, возможно, самым ярким событием в его творческой биографии, и посвящена новая выставка «Улья».
Четыре десятка графических работ, в большинстве своем из частных французских коллекций, никогда прежде на публике не появлялись. Хотя они гармонично дополняют серию живописных произведений, показанных на персональной отчетной выставке в 1931 году в Москве и разошедшихся по музейным собраниям.
Главные герои зарисовок Кольцова – уличные персонажи французской столицы, «фауна парижских улиц», как писал Луначарский. Несколько жанровых сценок, прописанных черной акварелью и лишь слегка иллюминированных цветом. Вот вышагивают два друга – инвалиды Первой мировой войны. А это некогда знаменитая певица, все еще сохранившая былую статность и горделивую осанку, но всеми забытая и обреченная на голодную смерть. Грустную улыбку вызывает человек-оркестр, с ног до головы увешанный инструментами и блуждающий по городским дворам.
Разные человеческие типы и профессии, монтеры и землекопы, гуляющие парочки, негритянки, монашки, похожие на спеленутых куколок. И всюду множество самых разнообразных человеческих эмоций. Несколько карандашных листов посвящены исследованию темы страха, к сожалению, столь актуальной для жизни парижских низов.
В отдельную серию выделены наброски обнаженной натуры, возможно, являющиеся эскизами скульптурных проектов. В них удивляет сочетание тонкого невесомого карандашного рисунка и пластической наполненности, материальности изображаемых тел, созданной сангиной. В этих и других работах Кольцова проявился опыт, полученный во время обучения в Строгановке у скульптора и прекрасного рисовальщика-академиста Николая Андреева.
