Из-за временных ограничений четыре самолета не смогли приземлиться в Москве
В участии европейцев в переговорах по Украине нет смысла - Песков
Константин Ремчуков: В Мюнхене мечтали истощить Россию
Константин Ремчуков: На фоне тарифного шантажа Вашингтона Пекин объявил об отмене пошлин на товары из 53 стран Африки
На Мюнхенской конференции ЕС показали намерение воевать до последнего украинца - Азаров
Самыми жестокими при атаке на Курскую область были наемники из Грузии и Польши - Алаудинов
90 лет Владимиру Иосифовичу Ресину!
Константин Ремчуков: В Давосе провозгласили конец глобализации
Молитва по месту прописки
Тайвань не отдаст США производство чипов
Дефицит журналистов при их перепроизводстве
Власти в долгу перед «духом капитализма» и инвестклиматом в России
13 дней до весны: готов ли Кишинев к нормальному диалогу с Тирасполем?
За будущий нереформируемый порядок
Синодальный путь вывел католиков Германии на распутье
Ткань, из которой сделана вечность
Вручение премии Ассоциации продюсеров пройдет в концепции "Отражение реальности"
Любовь случается даже во время апокалипсиса
И снова Карлсен!
VOLGA выходит на старт
Детская литература – тайна
Вундеркинды десятой музы
Куда ни сунься – хтонь и кринж
Пять книг недели
23.09.2004
16.09.2004
Слово "мещанка" я впервые узнал из рассказа Драгунского. В нем одна женщина пообещала мальчику привезти в подарок острую саблю, а сама не приехала. Главный герой плакал, а его отец объяснил рассудительно, но не совсем верно: "Она - мещанка", - и положил мальчику руку на плечо...
09.09.2004
"Затмение" - роман-откровение. Мысли и воспоминания героя очерчены "нулевым" сюжетом: актерская карьера закончена и семейные проблемы заставляют его остаться в одиночестве и обо всем подумать. Лучшего места, чем заброшенный дом, в котором в свое время один за другим умерли отец и мать героя, подобрать сложно.
02.09.2004
По сложившейся уже традиции книги, ставшие основой для всякого рода сериалов, с выходом не медлят. Еще недавно за работой участкового Кравцова (Безрукова) и его верного пса Цезаря страна следила по экранам телевизора, а сегодня может раскрывать преступление за преступлением, торопливо перелистывая страницы в метро.
Гениса невозможно читать натощак. Его сочная проза очень скоро заставит покинуть рабочий стол, предпочтя ему обеденный. До него так вкусно описывал трапезу только Гоголь. Но Генис идет еще дальше.
