Мы, балетные...

25.01.2001

Передо мной книжка "Страсти по Чайковскому". На самом-то деле ее следовало бы назвать "Страсти по Баланчину", так как именно он тут в роли евангелиста и именно Чайковский в роли Христа. "Вы понимаете, - говорил Шестов Бенджамену Фондану, - мне кажется, чтобы сказать правду о Кьеркегоре и Ницше, не следовало бы как раз говорить о них, надо говорить только о себе".

Мы, балетные...

25.01.2001

Передо мной книжка "Страсти по Чайковскому". На самом-то деле ее следовало бы назвать "Страсти по Баланчину", так как именно он тут в роли евангелиста и именно Чайковский в роли Христа. "Вы понимаете, - говорил Шестов Бенджамену Фондану, - мне кажется, чтобы сказать правду о Кьеркегоре и Ницше, не следовало бы как раз говорить о них, надо говорить только о себе".

Зверик из Америки

30.11.2000

Самое неожиданное в очередном выпуске журнала "Слово" (для тех только, впрочем, кто видит этот нью-йоркский журнал впервые) - это публикация уже многажды опубликованного: "Счастливого принца" и офорта "Сфинкс без загадки" Уайльда, за которыми следует дискуссия по типу "Что имел в виду автор?", из тех, которыми мы наслаждались в 60-70-х. И если уж предаваться сарказму (что очень легко), то следовало бы предложить эпиграф из Лермонтова: "Наша публика еще так молода и простодушна, что не понимает басни, если в конце ее не находит нравоучения".

Зверик из Америки

30.11.2000

Самое неожиданное в очередном выпуске журнала "Слово" (для тех только, впрочем, кто видит этот нью-йоркский журнал впервые) - это публикация уже многажды опубликованного: "Счастливого принца" и офорта "Сфинкс без загадки" Уайльда, за которыми следует дискуссия по типу "Что имел в виду автор?", из тех, которыми мы наслаждались в 60-70-х. И если уж предаваться сарказму (что очень легко), то следовало бы предложить эпиграф из Лермонтова: "Наша публика еще так молода и простодушна, что не понимает басни, если в конце ее не находит нравоучения".

Ebony & Ivory

23.12.1999

Ebony & Ivory

23.12.1999