Наталия Григорьева
Королевы торгового центра «Эдем» периодически спускаются в подвалы поколдовать. Кадр из фильма
В российском прокате – «Запретный плод» режиссера и сценаристки Мередит Эллоуэй, снятый по мотивам пьесы Лили Хотон с названием «От женщины – начало греха, и через нее мы все умираем». Футболку с такой надписью в кадре носит одна из главных героинь, продавщица-ведьма, устроившая в подвале бутика секту под видом женского сообщества. Также и фильм притворяется поначалу комедией об очередных «дрянных девчонках», чтобы к финалу обернуться хоррором про травмированных женщин.
Эппл (Лили Рейнхарт), Черри (Виктория Педрети) и Фиг (Александра Шипп) – королевы торгового центра. У них свой стиль и свои правила, а в магазине под названием «Эдем», где эти трое работают консультантами, и впрямь царит атмосфера райского сада. В который не так-то просто попасть. Впрочем, Пампкин (Лола Тун) – скромница, разносящая на подносе соленые и сладкие крендельки в качестве промо одного из ресторанов на фудкорте, – не сдается. Неожиданное упорство новенькой, в котором немало скрытой дерзости, приносит свои плоды, и девушку принимают в ряды продавщиц «Эдема». Но это не главное: оказывается, после закрытия ТЦ в подсобке Яблоко, Вишня и Инжир – именно так переводятся имена подружек – исповедуются Мэрилин Монро, читают заклинания, варят зелья и обсуждают, на кого бы наложить порчу. Пампкин, она же Тыковка, становится недостающим звеном, ведь ее фрукт созревает осенью, а значит, теперь все распределились по сезонам и магия точно сработает. Наряды, браслеты, секреты – все выглядит как невинные дружеские развлечения, сестринство, где все поддерживают друг друга и противостоят суровому патриархальному миру вокруг. Но появление Пампкин, которая не готова безоговорочно подчиняться негласному лидерству Эппл, рушит подпольный девчачий мир – и на поверхность выплывают тайны, от которых кровь не только стынет в жилах, но и льется ручьем.
Первая часть фильма и правда слегка обескураживает – дерзостью авторов, которые будто бы отмотали время на пару десятков лет назад и снимают подростковое кино из 90-х, надеясь завлечь им современного зрителя. Ностальгическая атмосфера американских мелодрам и комедий про группу популярных школьниц и робкую новенькую ученицу, которая постепенно превращается из гадкого утенка в прекрасного лебедя и наносит сокрушительный удар мести всем обидчицам. Формально «Запретный плод» следует этой фабуле, однако постепенно становится понятно, что псевдонаивность – скорее сатира и ирония, с помощью которой здесь высмеивают показной феминизм и притворную женскую дружбу. За громкими словами о сестринстве и необходимости соблюдать правила сообщества во имя чего-то высокого скрываются жестокость и всевозможный абьюз – Эппл запрещает, ограничивает, запугивает, вынуждая «подружек» скрывать отношения, не говорить правду и вести двойную жизнь.
Ее авторитет строится на жутковатой личной истории, но Тыковка не боится страшилок и устраивает настоящее расследование, параллельно подбадривая Черри и Фиг и таким образом отдаляя их от Эппл и напоминая им, что и у них есть право выбора и голоса. Система начинает разрушаться изнутри, но глянцевая картинка все еще прикрывает большую часть треснувшего фасада. К слову, трещины – еще один визуальный символ всего фильма, в котором стекла и зеркала будут разлетаться то от удара в них головой, то от падения на них тела, то от разрушительного урагана, после которого и вовсе останется гора трупов.
«Запретный плод» не только изобилует отсылками к Библии и подростковым ромкомам, но и мастерски использует хоррор-штампы – они весьма остроумно и изящно вписаны в формально совершенно неподходящий антураж. Гламурные декорации – и тут на их фоне внезапно возникает фигура, место которой в другом жанре и других локациях: выглядит пугающе сама по себе да еще и недвусмысленно намекает на истинную природу картины и истории. Несовершенный, но неплохой пример фильма ужасов нового поколения, обескураживающего органичной мультижанровостью и использованием всяких пост- и метаприемов. Постиронично и метакинематографично, но и старая добрая «мясорубка» есть – для тех, кто постарше.
