Антония Ходасевич
Минск
Белорусский лидер отдает предпочтение русскому языку.
Фото Александра Шалгина (НГ-фото)
В Белоруссии русский наряду с белорусским имеет статус государственного языка. Он находится даже в более привилегированном положении – на нем учатся в школах и вузах, пишут законы, говорят чиновники.
Как и во всех постсоветских странах, с обретением независимости в Белоруссии пытались перевести делопроизводство, преподавание в школах и вузах страны на белорусский. Чиновников обязывали пользоваться национальным языком. Но пришедший к власти в 1994 году президент Александр Лукашенко свернул все процессы белорусизации. Документы опять стали писать на русском, а вузы и школы отказались от национального языка. И теперь, как и в советские времена, на белорусском языке обучаются лишь сельские жители (30% населения страны). Правда, те, кто хочет продолжить обучение в вузе, вынуждены спешно переходить на русский.
Почти никогда не говорит на белорусском и президент страны Александр Лукашенко. Не так давно, отвечая на вопрос журналистов о перспективах национального языка в условиях отсутствия его поддержки со стороны государства, он сказал, что никаких препятствий для использования белорусского языка в стране нет, а связано это лишь с его ограниченными возможностями. Как считает сам президент, математические, экономические и прочие сложные термины не имеют белорусских аналогов. В то же время белорусский язык у Лукашенко есть, но в пассивном запасе. Если он прочитает на этом языке какую-нибудь книгу, то с легкостью на нем заговорит. Просто нет надобности.
Такое отношение к национальному языку у белорусского обывателя возмущения не вызывает – старшее поколение привыкло к русскому еще в СССР, а молодежь привыкает сегодня. Нелюбовь и пренебрежение к белорусскому языку на высшем государственном уровне привели к тому, что он стал языком белорусской оппозиции. Ее радикальная часть в знак протеста вообще не говорит на русском, остальные пользуются и тем, и другим. Белорусский обыватель в большинстве своем в обиходе пользуется так называемой «трасянкой» – смесью русского с белорусским.
Поэтому если в Минске вы слышите в общественных местах белорусскую речь, это значит, что перед вами представитель оппозиции. Этот сигнал используют и белорусские правоохранительные органы, которые во времена народных волнений, прошедших в Белоруссии весной, после президентских выборов, вычисляли потенциальных противников действующей власти.
Минск
