0
12030
Газета Дипкурьер Печатная версия

21.09.2015 00:01:00

Таджикистан идет к новой гражданской войне

Но миссия ОДКБ по-прежнему состоит в защите стран-участниц исключительно от внешних угроз

Александр Князев

Об авторе: Александр Алексеевич Князев – востоковед, эксперт по Центральной Азии и Ближнему Востоку.

Тэги: таджикистан, военная операция, экстремизм, антитеррор, одкб


таджикистан, военная операция, экстремизм, антитеррор, одкб Со стороны Афганистана в Таджикистан попадают не только товары, но и экстремисты. Фото Reuters

Очередной саммит Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) в Душанбе прошел на фоне событий в столице Республики Таджикистан (РТ), начавшихся 4 сентября, когда замминистра обороны генерал Абдухалим Назарзода с группой сторонников неожиданно атаковал ряд объектов в городе и затем со значительным количеством оружия скрылся в горах. Военная операция по нейтрализации группы численностью не менее 135 человек продолжалась почти две недели, а официальные объяснения и следующие из них обвинения выглядят неубедительно. Власти РТ объясняют произошедшее как попытку вооруженного переворота со стороны радикальных религиозных сил, во главе которых якобы стоит Партия исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ), которая, в свою очередь, будто бы координировала действия с  «Исламским государством».

Давление на ПИВТ началось еще в прошлом году, нынешние события были использованы как повод для ее окончательного закрытия. 17 сентября Генеральная прокуратура Таджикистана объявила: Назарзода действовал по прямому указанию Мухиддина Кабири. В Душанбе с 4 сентября идут репрессии: арестовывают как активистов партии, так и родственников ее руководителей, конфискуется имущество. Сам председатель ПИВТ Мухиддин Кабири, находящийся в Стамбуле, не исключает, что часть сторонников партии, «которая была не согласна с политикой терпения, которую я (Кабири. – «НГ») проводил, могла присоединиться к генералу Назарзоде». Тогда генерал был еще жив. «Но скорее всего к нему могли присоединиться другие группы, которые не были связаны с ПИВТ, но недовольны сегодняшним положением вещей», – отметил Кабири. Лидер ПИВТ дипломатично не упоминал о том, что наиболее радикально настроенная часть его партийцев может уйти не к не особо религиозному генералу, мятеж которого является лишь эпизодом в латентном внутриэлитном конфликте, а к куда более опасным радикальным религиозным структурам, коих в республике немало, включая и связанные с соседней афганской территорией.

Впрочем, на саммите ОДКБ о том, что главные угрозы для Таджикистана, да и для других участников имеют внутренний характер, говорили, судя по всему, мало. На расширенном заседании звучали слова о Сирии, борьбе с ДАИШ (ИГ), возможной ротации кадров в органах ОДКБ и об обстановке в Афганистане. Результаты саммита позволяют утверждать: политическое и военное руководство стран ОДКБ категорически не приемлет объяснений роста экстремистских и террористических групп, связанных с внутристрановыми причинами. Тенденция все объяснять исключительно внешним влиянием заметно усилилась, проблема ДАИШ очевидно используется в пропагандистских целях для оправдания борьбы с внутренней оппозицией. А судя по официальным сообщениям, в ОДКБ совершенно всерьез рассматривают сценарий прямого военного вторжения талибов и других аналогичных группировок на территорию Таджикистана и далее в страны ОДКБ. Не принимаются во внимание ни конкуренция между террористическими группировками в Афганистане, ни разные источники их финансирования и соответственно мотивации, ни этнический состав отдельных группировок, ни другие их характеристики.

Соответственно основное направление активности ОДКБ традиционно связано с наращиванием военных методов противодействия с использованием Коллективных сил оперативного реагирования (КСОР) ОДКБ – в первую очередь в Таджикистане и Киргизии – в отношении любой оппозиционной активности силового порядка, которая для населения стран будет объявлена принадлежащей к радикально-религиозным силам и к ДАИШ. При этом на протяжении уже немалого времени в КР и РТ поисходит очевидное нагнетание исламофобии, которая, вероятно, должна оправдать подобные действия в глазах массового общественного мнения, вероятно, пропагандистским воздействием на общественное мнение предполагается преодолеть давно известную правовую коллизию, существующую в ОДКБ. Дело в том, что, согласно существующей международно-правовой базе в рамках ОДКБ, все шесть президентов стран – участниц Договора должны принять решение о применении КСОР консенсусом, а затем нужна еще и ратификация решения о применении КСОР парламентами стран-участниц.

Вопрос этот не новый, как и те, которые следуют в продолжение: какой интерес Белоруссии или Армении участвовать в решении проблем Таджикистана или Киргизии и, наоборот, поедут ли казахи или киргизы за Армению воевать? Получается, что потенциал есть, реальная военная сила с соответствующей подготовкой есть, а применить ее нельзя. Проблема обсуждается уже несколько лет, но в силу различных причин, в том числе связанных с многовекторностью во внешней политике всех стран-участниц, другой механизм использования КСОР так и не принят. Принятие решения о действии в рамках ОДКБ принципа обязательности решений блока для государств-членов, как и курса на создание постоянно действующих эффективных совместных группировок наземных войск, особенно проблемным становится в условиях обострения отношений России с США и совокупным Западом. Катализатором чего, в частности, становится и свежая ситуация в Сирии и вокруг нее, о чем немало говорилось на душанбинском саммите в основном президентом России Владимиром Путиным.

Вынесение в повестку дня сирийского вопроса должно было бы актуализировать еще одну из сущностных проблем ОДКБ, уже не один год озвучивавшуюся российской стороной и имеющую, в общем-то, прямое отношение к вопросам единства и солидарности союзников. Речь идет о необходимости принятия соглашения об общей внешнеполитической стратегии, в рамках которой шесть стран должны были бы координировать свою политику по наиболее важным международным вопросам. Этот вопрос в повестку дня вообще не вносился, поскольку каждая из стран-участниц старается свои отношения с Западом выстраивать самостоятельно и конъюнктура собственных интересов диктует в лучшем случае невмешательство в конфликты России с кем-либо. Эта линия отношений России с союзниками по ОДКБ уже имеет свою историю – начиная с признания независимости Южной Осетии и Абхазии и заканчивая возвращением Крыма и теперь вот вопросом по Сирии. Институционально ОДКБ по-прежнему представляет собой простую сумму двусторонних отношений военно-политического и военно-технического сотрудничества России с другими странами – участницами организации, характер которых в каждом конкретном случае формируется ситуативно. Неустойчивость же политических режимов в ряде стран-участниц и наличие потенциала внутренних вооруженных конфликтов ставят ОДКБ «в неловкое положение».

Что и показал последними событиями Таджикистан. Формально репрессиями против ПИВТ администрация Рахмона окончательно разрывает московское мирное соглашение от 27 июня 1997 года, положившее конец гражданской войне 1990-х. Подписантами соглашения были душанбинское правительство и Объединенная таджикская оппозиция (ОТО) – коалиция нескольких партий, ядром которых была ПИВТ. Собственно, де-факто наиболее принципиальные тезисы этого соглашения дезавуировались правительством уже через два-три года после достижения мира. Присутствие ПИВТ в правовом поле политической жизни республики уже давно становилось скорее иллюзией, нежели реальностью. Но тем не менее удерживало от протестной радикализации достаточно серьезный человеческий ресурс. Институт легального политического ислама в виде партии давал возможность хотя бы в какой-то мере контролировать религиозно-политическую сферу, теперь руководство Таджикистана эту возможность полностью утратило.

Как ОДКБ будет решать эти проблемы – большой вопрос. Основные угрозы – по крайней мере для среднеазиатских республик, Таджикистана и Киргизии, носят преимущественно внутристрановый характер, в то время как миссия ОДКБ по-прежнему состоит в защите стран-участниц исключительно от внешних угроз. Концепт ОДКБ о внешней угрозе не позволяет вовремя идентифицировать эту угрозу в современных формах распада «внутренних» структур национальной жизни, особенно если она в преобладающей степени провоцируется политикой политического руководства самих стран-участниц, как это и происходит в текущем случае с Таджикистаном.


статьи по теме


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Глава «Роснефти» доложил Путину, как выполняются самые перспективные проекты компании

Глава «Роснефти» доложил Путину, как выполняются самые перспективные проекты компании

Татьяна Попова

0
444
Марадона - D10S. Прости и прощай…

Марадона - D10S. Прости и прощай…

Юрий Симонян

0
596
Россия не меняла за последнее время свою позицию по поводу Катынской трагедии - Песков

Россия не меняла за последнее время свою позицию по поводу Катынской трагедии - Песков


0
269
Национальная академия наук Армении потребовала отставки правительства во главе с Пашиняном

Национальная академия наук Армении потребовала отставки правительства во главе с Пашиняном

0
259

Другие новости

Загрузка...