Анна Эпштейн
Перед «Распятием» Перуджино современное искусство замолкает.
Фото Артема Житенева (НГ-фото)
Голицынский музей на Волхонке мог бы существовать и сегодня, но не существует. Когда-то в нем было около 700 экспонатов, из них 200 – живописных полотен.
На месте бывшего княжеского владения располагается Институт философии РАН. В левом флигеле, пристроенном некогда к усадьбе Голицыных, обосновался Музей личных коллекций, а в правом – отдел рукописей и отдел искусства Древнего мира ГМИИ имени А.С. Пушкина. Древние здания постепенно были переделаны до полной неузнаваемости. От исторической усадьбы Голицыных остались одни ворота.
В Пушкинском музее открыта знаменательная выставка «Голицынский музей на Волхонке». Это попытка собрать произведения искусства, разошедшиеся по 26 коллекциям, и выставить их снова. Занятие не из легких, но оно увенчалось успехом, хотя собрать удалось далеко не все. Красноречивей всего об этом говорит сама экспозиция. В ее центре расположился знаменитый триптих Пьетро Перуджино «Распятие», привезенный из Национальной галереи в Вашингтоне.
Выставка «Голицынского музея» открылась небольшим концертом старинной музыки. Ирина Александровна Антонова – директор ГМИИ имени А.С. Пушкина отметила, что только особенные выставки в их музее открываются с музыкой. Все-таки Голицынский музей был одним из наиболее значимых собраний западноевропейского искусства в дореволюционной России. Открытый по замыслу Михаила Александровича Голицына в 1865 году музей включал в себя частные собрания многих поколений Голицыных и состоял из трех отделов: библиотеки, собрания античных памятников и коллекции западноевропейской живописи, скульптуры и декоративно-прикладного искусства. Михаил Александрович Голицын завещал музей Москве, но в 1886 году коллекция была распродана по решению Сергея Михайловича Голицына. Голицынская больница переживала тогда не лучшие времена и очень нуждалась в средствах – необходимо было строить новые корпуса и покупать дорогостоящее оборудование. А благотворительная деятельность всегда имела для Голицыных первостепенное значение. Самые ценные произведения, за исключением «Распятия» Перуджино, были куплены Эрмитажем, о чем и свидетельствуют подписи под работами на выставке в ГМИИ.
Многие потомки Голицыных пришли на открытие этой выставки. Вдумчиво стояли они перед портретами своих предков, размышляя, кто кому и кем приходится. А художник Илларион Владимирович Голицын честно признался, что одну маленькую вещицу он бы с удовольствием украл. Это, конечно, шутка. А если быть серьезными, то на выставке в ГМИИ есть на что посмотреть. Замученной современным искусством московской публике наконец-то показали настоящее классическое искусство. Есть здесь портреты Кипренского и Рокотова, античная скульптура и, конечно, живопись эпохи Возрождения, причем как Итальянского, так и Северного. Юбер Робер, Пауль Рубенс, Джованни Гизольфи, Пьетро Перуджино – в истории искусства все рядом. Хотя, по правде сказать, работы флорентийских мастеров редко оказываются в одном зале с голландцами.
Античные, а позднее и евангельские сюжеты сделали искусство интернациональным. Триптих «Распятие» Перуджино стал центральной вещью всей экспозиции не только потому, что это живопись высочайшего класса, но еще и потому, что выбранный сюжет давно стал символом европейской культуры. А Голицынский музей создавался как музей западноевропейского искусства. Блестящий интерпретатор евангельской темы – Перуджино – написал «Распятие» как бытовой сюжет: нет здесь ни ужаса, ни пафоса, ни страха. Безмерная печаль и тишина, потому что все уже случилось, здесь, на земле. Красные маки на первом плане напоминают о пролитой крови, ирисы и гладиолусы символизируют скорбь и страдания, фиалка олицетворяет смирение.
В историю искусства Перуджино вошел не только как величайший художник, но и как современник великих художников. Он учился живописи во Флоренции в одно время с Боттичелли и Леонардо, к тому же известен как учитель Рафаэля. И учителю, и ученику итальянцы дали одно короткое, но очень емкое определение: divino – то есть божественный.
