Григорий Заславский
Гамлет – Дариус Мешкаускас, Офелия – Раса Самуолите.
Фото с сайта www.culturelive09.lt
Хотя официально Вильнюс выбрали культурной столицей Европы 2009 года, первое событие из, если можно так сказать, официальной программы уже состоялось: в столице Литвы сыграли премьеру «Гамлета» Оскараса Коршуноваса. Возможно, потому, что этот спектакль – копродукция с нынешней культурной столицей Европы – Ставангером, столицей западной Норвегии, о существовании которого, думаю, многие даже очень культурные люди в России не подозревали.
Сама традиция назначения сперва одного, а с недавнего времени – сразу двух городов европейскими культурными столицами родилась в середине 80-х, а сейчас, говорят, выстроилась целая очередь желающих, а список известных уже культурных столиц забит на семь лет вперед. Вильнюсу выпала честь стать культурной столицей Европы в самый кризис, но в дирекции пока уверены в том, что большую часть задуманного отменять не придется. А планы и вправду грандиозные. Все европейские знаменитости литовского и не только литовского театра отметятся премьерами в Вильнюсе – в марте Эймунтас Някрошюс обещает сыграть «Идиота» по Достоевскому, от Римаса Туминаса ждут спектакля о Мицкевиче (пьесу пишет Ивашкявичюс, автор «Мадагаскара»), Коршуновас уже сыграл «Гамлета». Звали и «нашего» Карбаускиса, но тот от работы в Литве отказался, не назвав причин. Кроме того, сыграют свои премьеры в Вильнюсе европейские знаменитости – венгр Арпад Шиллинг (он представит в бывшей типографии газеты «Правда» с выходом на улицы города проект под названием «Ворота памяти»), финн Кристиан Смедс («Трансъевропейская комедия о Святой Ненависти») и итальянец Ромео Кастеллуччи («Ад» из «Божественной комедии», – на «Рай», шутят в дирекции, денег уже не хватило). Кроме того, задумано около сотни самых разных проектов, самые масштабные из которых – «День музыки», когда на каждом углу можно будет встретить музыкантов, профессионалов и любителей, «Искусство в неожиданных местах», в сотрудничестве с европейскими художественными биеннале – приглашение самых знаменитых художников с предоставлением возможности работать в любом уголке города и много чего еще.
Уже упомянутую типографию, где когда-то печатали газету «Правда», собираются превратить в центр искусств, с библиотекой, репетиционной базой и много чем еще (вроде нашего Центра имени Вс.Мейерхольда). Чудом ее не приватизировали, денег на перестройку пока, правда, нет, но зал уже сделали и именно там сейчас играют премьеру «Гамлета» Коршуноваса, который, несмотря на европейскую известность (в «Комеди Франсез», например, второй сезон играют в его постановке «Укрощение строптивой»), не имеет в Вильнюсе собственной площадки. Впрочем, в этом он подобен Някрошюсу.
 Я один, всё тонет в фарисействе... Гамлет Оскараса Коршуноваса. Фото Франческо Ластруччи с официального сайта www.culturelive09.lt |
«Гамлет» Коршуноваса – очень европейский спектакль. В том смысле, что у нас сложилась уже привычка писать про Някрошюса–Туминаса–Коршуноваса: у всех мы находим специфические черты чего-то литовского. Земля, вода, дерево... Так вот, в «Гамлете» ничего такого нет. Это – традиционный, если можно так сказать, европейский спектакль, где все одеты в более или менее современные платья, в основном – в черные. Какие-то сцены перемонтированы, но нерв и трагическая неизбежность в процессе этих переделок не потерялись. Может быть, жаль, что самая сильная сцена одновременно и самая первая. Когда зрители входят в зал, все актеры сидят за гримировальными столиками, выстроенными в одну линию. Мы видим их отражения. И когда зрители усаживаются, они по очереди, сперва одними губами, потом громче, в крик спрашивают, получается, у себя же: «Кто я?» И это – цитата из Гамлета, который определяет лицедейство как умение держать зеркало перед природой. То есть показывать всякому – его подобие и отпечаток. И в этот самый момент начинаешь понимать, что это – вовсе не отражения, что это так удачно подобраны типы. И уже примечаешь, как одно «отражение» отстает от оригинала, что-то делает невпопад... А потом актеры встают, и оказывается, что это все-таки – отражения. Значит, можно обмануться! Даже имея перед глазами что-то... очевидное. Гамлет (Дариус Мешкаускас) – такой нервный и этой нервностью почти «сведенный к нулю», изможденный волнениями, не выбирает месть, – Призрак его просто силой, вроде как Россия Грузию, – принуждает, только не к миру, а в данном случае – к мести. И этих принуждений в истории «Гамлета» немало, месть – как неконтролируемая реакция: один – другого, этот – третьего и т.д. Преследует здесь не Призрак отца, а – чаще и неотвратимее – Призрак мышеловки, то есть большая мышь, которая то и дело является на сцену... Несколько сильных сцен отпечатываются в памяти, хотя немало в спектакле, как показалось, сделанного наскоро, а еще потому, что так сегодня делают. А от Коршуноваса по-прежнему ждешь чего-то отдельного.
Вильнюс–Москва
