0
1621
Газета Культура Печатная версия

21.09.2009 00:00:00

Невыносимая легкость быта

Тэги: пушкинский музей, выставка


пушкинский музей, выставка Петер Фенди. Осторожная горничная. 1834.

«Бидермайер. Австрийское искусство XIX века из коллекций князя Лихтенштейн» – это 125 предметов из Музея Лихтенштейн (Княжеские коллекции Вадуц-Вена). В основном – живопись и графика. Но с вкраплениями декоративно-прикладного искусства: всевозможными фарфоровыми чашечками-блюдечками, а также пристроившимися где-то в углу стульями и даже музыкальной люстрой. Чтобы продемонстрировать всеохватность стиля бидермайер. Любителям картин, славящих и уют родного дворца пристально изученными интерьерами и в меру сентиментальными фамильными портретами, и уют родного околотка, – сюда.

На этом месте мог бы быть Египет. По крайней мере еще весной в планах музея значилась выставка из Каирского музея. Но┘ вместо Востока поехали на Запад, вместо духа смерти присмотрелись к радостям жизни. Директор Музея Лихтенштейн Иоганн Крефтнер сказал, что экспозицию готовили сравнительно быстро, чуть больше года, и что проходившую в Вене выставку Вальдмюллера пришлось даже немного раньше закрыть, чтобы успеть привезти некоторые работы в Москву.

Бидермайер вписался в тихую историческую нишу в Германии и в Австрии между Венским конгрессом и Священным союзом 1815-го и революцией 1848 года, с видимым удовольствием погрузившись в созерцание сиюминутных прелестей (и гоня прочь мысли об их преходящести). Собственно, термин появился не сразу: он возник из литературного псевдонима Бидермайер, простодушного господина Майера, чьи стишки печатались в мюнхенских «Летучих листках».

Привезенный из Вены бидермайер – с княжеским лицом. Представители династии Лихтенштейн скрупулезно составляли бидермайеровский «архив» собственной жизни. В работах Петера Фенди и Фридриха Амерлинга видно, как князья и княжны взрослеют, – все, как в обычном семейном фотоальбоме. На колоннаде – набор акварельных «видовых открыток» от Йозефа Хегера, Томаса Эндера и Рудольфа фон Альта показывает, где и как жили. Заметное место среди дворцов – специально для московской публики – занимают дотошно воспроизведенные салоны и кабинеты резиденции посла Андрея Разумовского. До 1938-го – тогда собрание переехало в Вадуц – Музей Лихтенштейн считался одним из лучших частных музеев мира. В 2004 году его вновь открыли в Садовом дворце в Вене, а через пару лет планируют открыть специальный Музей бидермайера в венском Майоратском дворце.

Аристократия и бюргерство сошлись во вкусах – благодаря некоторой, с позволения сказать, всеядности бидермайера. И у популярного в высших кругах Петера Фенди карапузу (князю Иоганну II фон Лихтенштейн), шагающему по манежу заикающейся акварельной поступью, ничуть не уступает сценка грозы, повергшая в недетский, но смехотворный ужас семейство в безвестном городском доме. Кстати, Фенди, невинно подмечающий бытовые мелочи, работавший как иллюстратор (в ГМИИ есть две акварели к шиллеровской «Песне о колоколе»), известен также своей серией очень фривольных картинок, почти весь печатный тираж которых уничтожили нацисты. Но это – другая история, оставшаяся за пределами показанного.

Одна из гордостей организаторов – Фердинанд Вальдмюллер. В собрании ГМИИ есть одна его работа, в Эрмитаже – три, на выставку привезли 14. И все разные, от портрета двухлетнего кайзера до стилизованного восточного «Урока», от эдакого почвенного (вспоминается Репин) «Прерванного паломничества» до вычурных в своем изобилии букетов, по сегодняшним меркам довольно безвкусных.

Если подходить формально, то экспозиция вышла довольно представительной. Есть имена первого ряда. Есть и бидермайер, так сказать, сверху донизу. От княжеских портретов, фарфоровых пар с видами родной Вены и даже люстры с запрятанными внутрь птахами, наученными механизмом петь на разные лады, до редких для этого художественного направления батальных сцен (бой с Наполеоном под Асперном, где участвовал Иоганн I фон Лихтенштейн) и изобилия бытового и пейзажного жанра. Показано, как бидермайер усвоил – и умерил – пыл романтиков, как полюбил бытописательство «малых голландцев» и как симпатизировал сентиментализму. Но – порой так бывает с выставками в Пушкинском – недостает внутренней композиционной драматургии, акцентированных перекличек, параллелей и сравнений, которые бы сохраняли интригу маршрута. Просто бредешь по залам дальше и дальше. И еще: бидермайер дал людям чувство спокойствия, возможно, несколько утрированного. По крайней мере когда смотришь на это, через некоторое время наступает пресыщение. Кофе по-венски подают с водой – так вот и сейчас захотелось воды. Запить.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Казна получила профицит за счет экономии на социальных проектах

Казна получила профицит за счет экономии на социальных проектах

Анатолий Комраков

Правительство называет сокращение расходов улучшением финансовой дисциплины

0
364
Недовольство США повысило интерес Судана к военно-морской базе России

Недовольство США повысило интерес Судана к военно-морской базе России

Игорь Субботин

Хартум вынужден искать новую точку опоры

0
293
Москва и Вашингтон заключили сделку

Москва и Вашингтон заключили сделку

Геннадий Петров

Переговоры Путина и Байдена похожи на договоренность о размене Украины на "Северный поток – 2"

0
466
Левые требуют от власти раскрыть QR-код

Левые требуют от власти раскрыть QR-код

Дарья Гармоненко

КПРФ с круглого стола в Госдуме грозит уличными протестами

0
341

Другие новости

Загрузка...