0
3729
Газета Культура Интернет-версия

23.03.2017 00:01:00

Работы авангардистов ждали своего часа в запасниках и региональных музеях [+ФОТО]

Тэги: выставки, русский авангард, еврейский музей, андрей сарабаьянов, авангардисты, голощапов, андрей гончаров, юрий пименов, филонов, бурлюк, вхутемас, фальк, родченко, малевич, кандинский


культура
Александр Родченко.
Черное на черном, №82, 1918
Вятский художественный музей
им. В.М. и А.М. Васнецовых, Киров
Фото предоставлено пресс-службой
Еврейского музея и центра толерантности

Еврейский музей и центр толерантности и "Энциклопедия русского авангарда" 30 марта откроют вторую часть проекта "До востребования" (см. "НГ" от 30.03.2016 и 11.04.2016), которая объединит больше сотни работ 1917 - начала 1930-х годов из 17 региональных музеев. О сюрреализме в русском авангарде и о художниках, от которых почти ничего не осталось, куратора Андрея Сарабьянова спросила корреспондент "НГ" Дарья Курдюкова.

- В тексте к выставке написано, что вы покажете и сюрреализм. Что и кто это применительно к авангарду? В "Энциклопедии русского авангарда" статья о сюрреализме начинается словами о том, что он "как самостоятельное и отчетливое художественное направление в России не сложился". Правда, дальше идут рассуждения о том, кого к нему все же можно причислить.

- "Энциклопедия" была построена так, что каждый автор был волен выражать свою точку зрения. Эту статью писала Ира Карасик – известный специалист по русскому авангарду . На самом деле был, конечно, сюрреализм, просто на выставке он не так ярко представлен. У нас есть раздел, названный "Примитивизм, экспрессионизм, сюрреализм". Мы туда поместили те картины, которые связаны с этими направлениями. Например, будет сюрреалистический сюжет Андрея Гончарова из Французской революции (в музее условно названный "Тремя фигурами"). Еще есть малоизвестная картина Юрия Пименова из цикла "Запад. Италия", и это тоже полуэкспрессионизм, полусюрреализм, какой-то смешанный стиль... в общем-то, советский, начала 1930-х, но до сих пор не получивший определенного названия. Или замечательный мастер Николай Голощапов - совершенно неисследованный. О нем писала только Ольга Ройтенберг, когда собирала вхутемасовских мастеров для книги "Неужели кто-то вспомнил, что мы были...". Голощаповский пейзаж я отношу к экспрессионизму. И этому же стилю ближе всего «Композиция с фигурами» начала 1920-х Льва Жегина, которая тоже есть на выставке.

культура
Любовь Попова.
Оранжевая живописная
архитектоника, 1918
Ярославский
художественный музей.
Фото предоставлено пресс-службой
Еврейского музея и
центра толерантности

- Но сюрреализм - еще более специфический стиль... А Павел Филонов будет?

- Сюрреализм следует обозначить как явление. Филонова у нас только одна графическая работа 1920-х - "Всадник", но его ведь никак стилистически обычно не определяют, он особняком стоит - "художник петроградского пролетариата", поскольку он завещал все работы петроградскому пролетариату. Но если попытаться стилистически вписать его в европейский контекст, то в нем окажется очень много экспрессионизма в немецком варианте. А когда он писал огромные лица на пестром живописном фоне, то перешагивал в сюрреализм. Хотя и не в западном, а в русском варианте. А к примитивизму мы относим, в частности, Александра Волкова и очень хорошего художника Виктора Пальмова.

- Видела репродукции, он удивительный колорист. Кажется, он был сооснователем Украинского Союза художников. Но его редко выставляют.

- Очень редко. Он много выставлялся вместе с Давидом Бурлюком и вместе с ним уехал в Японию. Вернулся и вскоре умер, а Бурлюк остался в Штатах. Пальмовских работ всего около 10 осталось, и они рассеяны по самым разным музеям - у нас будет работа из Самарского музея.

- Понимаю, что странно обобщать, но как складывались судьбы художниковс конца 1930-х? Авангард был вымыт физически или нет? Кто-то, как Машков, Кончаловский или Пименов, смог пристроиться. Другие закончили трагически - Древина расстреляли, Филонов погиб в блокаду.

- У Древина с Удальцовой судьба действительно трагическая, с каждым она распорядилась по-разному. Но в принципе вы правы, можно разделить всех наших героев на две категории - в одной более успешные люди, которые приспособились к новой власти и законам существования, в другой - те, кто не приспособился и пострадал из-за этого. Бывший бубнововалетец Кончаловский стал классиком советского искусства, Юрий Пименов был процветающим художником. И они могли себе позволить некоторую свободу. Кончаловский ведь не был таким уж сугубым реалистом с индустриальными пейзажами.

картина
Валентин Юстицкий. Молочница, 1923
Саратовский государственный
художественный музей им А.Н. Радищева
Фото предоставлено пресс-службой
Еврейского музея и центра толерантности

- Писал бесконечные сирени, например...

- Да, сирени, семейные портреты. Огромных портретов Сталина, например, он не делал. Машков, когда принимал монументальные заказы, - для гостиницы "Москва", для "Артека", не думаю, что делал уступку - он вообще был очень нацелен на реальность, хотя ранние работы об этом и не говорят. А многие художники вообще канули в вечность. Например, молодой Ефрем Давидович, на которого возлагали большие надежды во ВХУТЕМАСе – пропал без вести в начале войны. Или Роман Семашкевич, еще одна надежда ВХУТЕМАСа - был арестован в 1937 году и расстрелян в подвалах Лубянки. А все его работы были конфискованы и пропали.

- А с третьей стороны был Роберт Фальк, у которого, как вы рассказывали, был узкий круг друзей, и они помогли ему в творческом плане выжить.

- Фальк тоже, между прочим, от авангарда отрекся. Но его никто не заставлял, он писал, что больше не чувствует с авангардом связи, и его тянет европейская классика. Но "французистая", сезаннистская, живопись осталась у него на всю жизнь. Вообще, закваска французского искусства видна почти у всех радикальных художников, и она во многом определяет их сущность. Удивительная жизнь - Фальк вернулся из Франции в конце 1930-х годов, но судьба его уберегла и от ареста, и от лагерей.

- Про многих художников пишут, что в конце 1920-х они ушли от авангарда. Это было искренним разочарованием или попыткой спастись?

- Легко было бы сказать, что, да, на авангард давили, и некоторые факты позволяют так говорить. Но это было бы упрощением, достаточно унизительным по отношению к самим художникам. В целом, мне кажется, дело в том, что был задавлен радикальный авангард. Если бы Малевичу после Витебска дали развиваться, мы не знаем, что бы великое он создал, но уверен, что создал бы. И если бы Татлина не зажали, возможно, он стал бы великим архитектором. А те, кто не были радикалами, стали искать другой путь. Например, последователь Малевича Иван Клюн в конце жизни отрекся от авангарда, написал трактат о соцреализме - но вскоре умер, не успев в этой области ничего совершить. Он не хотел приспособиться, его так повело. А многие художники, как Розанова или Попова, не дожили до старости, и неизвестно, кем бы они могли стать. У всех своя судьба. И если сравнить художественные процессы в России и на Западе, там тоже авангард трансформировался - в сюрреализм, пуризм - но происходило это естественным путем.

картина
Василий Кандинский. Эскиз. 1920
Ярославский художественный музей
Фото предоставлено пресс-службой
Еврейского музея и центра толерантности

- Некоторые художники, в частности, Вениамин Эйгес, Михаил Леблан и даже Машков прошли через школу Коровина, "французистость" живописи могла и от него прийти?

- Все происходило по-разному. Многие же учились в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, некоторые даже у Серова. Тот же Машков третировал Серова зелеными подмышками его натурщиц. Серов спрашивал: "Где вы там видите зеленый?", на что Машков отвечал: "Вижу". Изображения этих натурщиц сохранились, и они правда какие-то зелено-красные. А учителя были разные – учились многому и у Коровина. Была естественная преемственность русского искусства. И слова про отрицание традиции были эпатажными голословными утверждениями. Авангардисты ведь хотели все «скинуть с парохода современности», Пушкина скинуть, - а с другой стороны, Крученых у Пушкина учился и исследовал его творчество. Все-таки до появления беспредметности авангардисты в живописи были вполне традиционными людьми.

- Прочла недавно у Андрея Ковалева в "Книге перемен", что в павильоне Иофана на Всемирной выставке в Париже 1937 года обыграны формы архитектонов... То есть советская власть использовала эти формы.

- Да. И один из учеников Малевича Константин Рождественский был главным художником всех международных выставок. Он в 1937-м делал интерьер павильона в Париже, а в 1939-м - в Нью-Йорке. И получал за это премии. А для себя тогда создавал авангардные вещи.

- Что за история с Алисой Порет и Татьяной Глебовой, написавшими для петроградского Дома печати общую картину?

- У нас она будет, называется "Дом в разрезе". Дом, где они жили, с разными квартирами. Картина была разрезана на несколько частей, потом их собрали воедино и отреставрировали. Она хранится в Ярославском музее, купившем ее у Глебовой. Только один кусочек Порет отсутствует. Обе художницы, будучи ученицами Филонова, много вместе работали - и он давал такие задания. Иногда творчество было анонимным, например, в задании проиллюстрировать "Калевалу". Демократичный принцип анонимности был и на выставках УНОВИСа, где не было этикеток с подписями, и нельзя было узнать, где, например, Малевич. Важно было общее направление, а не то, кто ты такой.

- На выставке будет много малоизвестных имен, но вот я совсем ничего не смогла выяснить про Ивана Удода...

- Про него ничего не известно, кроме того, что 10 его работ хранятся в музее Краснодара. Даже годов жизни нет. Он участвовал в выставках авангарда в Киеве и Харькове в 1910-х. И одна из его последних работ, которую мы покажем, датирована 1922 годом. Все остальное - более раннее. Если взглянуть на все его произведения, они показывают эволюцию от стиля модерн до авангарда, довольно условного. В Краснодаре про него больше ничего нет. Я обратился к коллегам с Украины, но и они ничего о нем не знают, кроме его участия в выставках. Думаю, что есть даже его фотография, поскольку имеется снимок выставки группы "Кольцо", где все участники стоят, - и путем отрицания можно выявить, где Удод. У нас просто не было на это времени. Мне показали его вещи среди других работ из запасников Краснодарского музея, и Удод тоже стал нашим героем.

- Пожалуйста, расскажите про Эндеров, - это была целая художественная семья?

- Их было четверо - Ксения, Мария, Борис и их племянник Юрий. Все они учились у Михаила Матюшина и были его верными последователями. Они, абсолютные бессребренники, жившие в бедности, создали целую школу, и до сих пор в Петербурге есть их последователи. У Эндеров, например, учился Владимир Стерлигов, муж Татьяны Глебовой, которая и сама в поздние годы стала работать в стерлиговском и матюшинском стиле. Вообще, никто не оставил такой мощной школы, как Матюшин. Много работ Эндеров у их наследников потом купил Георгий Костаки. А теперь, кстати, есть целый Музей органического искусства в Коломне - при православном монастыре. Музей открылся несколько лет назад, и там прекрасная коллекция живописи, в том числе картин Матюшина, Елены Гуро, Эндеров. И еще там есть пристройки в виде галерей, в одной выставляют скульптуры Андрея Красулина, а другая посвящена живописи Димы Ракитина, сына нашего недавно умершего коллеги Василия Ивановича Ракитина.

- В каких городах остались лучшие собрания авангарда?

- С 1919 по 1921 год через Музейное бюро по регионам рассылались работы авангардистов, от 20 до 40 произведений в отдельный город, это делалось более или менее планомерно. Потом в 1930-50-х еще "очищали" коллекции больших музеев и "высылали" формалистические вещи, что тоже пополняло собрания региональных музеев. В некоторых местах - хотя это было редко - были выдающиеся персонажи, которые сами собирали авангард. Например, в Краснодаре был человек по фамилии Войцек, который коллекционировал авангард для своего музея, поэтому в Краснодаре выдающаяся коллекция. Сам Войцек был репрессирован. Лучшие собрания авангарда находятся в Краснодаре, Саратове, Самаре, Нижнем Новгороде, в Екатеринбурге и в Кирове - в Вятском художественном музее.

- Вы как-то говорили, что каждый раз, приезжая в региональный музей, находишь для себя что-то новое. Что было сейчас?

- В краеведческом музее Яранска я нашел несколько работ Родченко, графику Кандинского 1910-х годов (ее недавно показали на выставке в Пушкинском музее). В Яранск я ехал не за Кандинским, а по совету одной своей коллеги, и был вознагражден, поскольку увидел там еще работы Варвары Степановой, графику Василия Чекрыгина, Варвары Бубновой и других художников. В Яранск эти произведения попали в 1921 году, когда там состоялась передвижная художественная выставка, и часть вещей осела в музее. Сейчас музейное сообщество занимается этим музеем. Надеюсь, скоро вещи будут отреставрированы. Но все лучшие работы с той выставки все-таки находятся в Кирове - в частности, из этого музея мы покажем "Черное на черном" Родченко. На мой взгляд, конец 1910-х - начало 1920-х годов - лучшее его время. А "Черное на черном" - ответ Малевичу, который в 1918-м сделал несколько композиций "Белое на белом" (сегодня все они в Стеделийк-музее в Амстердаме). Между этими художниками тогда шел принципиальный спор: например, когда умерла Розанова, они спорили, к какому лагерю она принадлежала. Нельзя сказать, кто победил, - каждый остался при своем. Думаю, Родченко - художник, еще требующий осмысления, несмотря на то, что о нем очень много написано.

Еще у нас будет интересное произведение Людмилы Шмит-Рыжовой - единственная работа художницы, которая участвовала в 1910-х в нескольких выставках "Союза молодежи". Сохранились фотографии, где она стоит в кринолине, с высокой прической - совершенно XIX век. Работа Шмит-Рыжовой попала в Краснодарский музей в 1924 году, и там ее датировали условно - до 1924 года. В 1920-х Шмит-Рыжова преподавала в Краснодарском училище, переехав из Петербурга. Многие после революции скрывались в провинции и сохраняли себе жизнь. И мне очень хотелось эту уникальную работу показать.

- Почему осталась одна работа?

- Ничего не сохранилось. Может, в домашних архивах, например, в Петербурге что-то есть, и, возможно, благодаря этой выставке что-то еще возникнет. Уже были случаи, когда после первой выставки "До востребования" люди звонили и говорили, что у них есть работы их предков. В этом заключается, может быть, самая важная задача такого рода выставок – находить «забытые» имена и неизвестные произведения. 


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Верховный суд создал прецедент из дорожного штрафа

Верховный суд создал прецедент из дорожного штрафа

Екатерина Трифонова

Кодекс об административных правонарушениях не содержит в себе необходимых процессуальных норм

0
910
Рынок недвижимости оказался не таким уж перегретым

Рынок недвижимости оказался не таким уж перегретым

Анастасия Башкатова

Потребность в новом жилье без специальных мер поддержки не удовлетворить

0
1129
Дюмин получает из рук президента функционал и потенциал

Дюмин получает из рук президента функционал и потенциал

Дарья Гармоненко

Иван Родин

Должность секретаря Генсовета РФ прежде была больше технической, чем административной

0
1471
Пять книг недели

Пять книг недели

0
863

Другие новости