У нас создано очередное суперминистерство

ЗАКОНЧИЛИСЬ, кажется, родовые схватки формирования новой системы исполнительной власти в России. Вполне вроде бы быстрые и благополучные, они явили на свет и новую структуру научно-технического комплекса России. Самое время рассмотреть младенца повнимательнее. Впрочем, назвать младенцем вновь рожденное Министерство промышленности, науки и технологий РФ - язык не поворачивается. На сегодня в лице Минпромнауки мы имеем самое крупное федеральное министерство. Это настоящее суперминистерство, рожденное слиянием явно асимметричных ведомств - Минэкономики и Миннауки.

В Минпромнауки переданы около 1400 предприятий, в основном - из российского ВПК. Многие из них сами по себе без всяких натяжек можно отнести к суперпредприятиям. Чтобы лучше представить себе объем "перемещенного" промышленного потенциала, приведу оценки бывшего помощника президента РФ по вопросам военно-технического сотрудничества с зарубежными странами Бориса Кузыка ("Независимое военное обозрение", # 17, 19-25 мая 2000 г.). По его данным, весь российский высокотехнологичный комплекс сегодня включает в себя более 1690 промышленных предприятий. При этом 55-57% объемов производства составляет военная продукция и 43-45% - продукция производственно-технического назначения и товары народного потребления.

По некоторым прикидкам экспертов, в новом министерстве должно быть не менее двух тысяч чиновников для обеспечения более или менее внятного управления. Ведь только на Нижнетагильском комбинате, к примеру, работают более 10 тыс. человек. Хотя бы один куратор от министерства должен быть? - Должен. А таких предприятий - 1400, и все они разноплановые. (Для сравнения: в 1997 году в штате центрального аппарата Миннауки числилось 357 человек; в подчинении у этого министерства было 12 подведомственных организаций, в основном - исследовательских и аналитических.)

Вся эта свинцово-чугунная масса грозит раздавить своей тяжестью собственно науку. Проблемы ВПК просто сметут все остальные приоритеты, которые так мучительно вырабатывались в бывшем Миннауки.

О реальности такого сценария говорит хотя бы то, как была проведена реорганизация Миннауки. "Объединение двух министерств было абсолютной неожиданностью, - не сговариваясь заявляют сотрудники министерства, с которыми мне удалось переговорить. - Никаких предварительных консультаций не проводилось. Все было решено за столиком в аэропорту Внуково-2, где перед очередной поездкой президента России с ним переговорил Касьянов". Мало того, в тот самый день, когда Владимир Путин утвердил новую структуру правительства, министр науки Михаил Кирпичников вместе с Ильей Клебановым были во Всероссийском институте авиационных материалов. Там и застало их это известие. По словам очевидцев, на обоих в этот момент было грустно смотреть┘

Однако сегодня, задним числом по некоторым признакам можно было бы представить себе такой ход развития событий. Так, например, тот же Борис Кузык в упомянутом выше интервью "НВО" заявлял: "Исходя из возможностей оборонно-промышленного комплекса для развития российской экономики вполне уместной была бы такая мера, как создание Министерства промышленности и торговли". "┘И торговли" создать не удалось, зато получилось "┘науки и технологий". Значит, идея уже бродила в массах. И только другая простая идея никак не может пробить себе путь в сознание высших руководителей страны (но при этом они не забывают подчеркнуть лишний раз - "фундаментальная наука всегда будет приоритетом для нашей страны"): в основе экономического подъема, который всем нам нужен, лежит наука.

Но, собственно, почему российская наука должна пострадать от создания суперминистерства? Ну не будет отдельного министерства науки, но ведь в любом случае наверняка один из заместителей Александра Дондукова, нового министра, будет курировать исключительно науку и научную политику. Мало того, по слухам из министерства, этот пост, причем в статусе первого заместителя, уже предложен бывшему министру науки и технологий, академику Михаилу Кирпичникову.

Однако надо понимать: как и в любой другой подобной составной структуре есть направления приоритетные и второстепенные. Сейчас создается некий консолидированный бюджет Минпромнауки. "Велика вероятность, что при распределении этих денег крен будет в сторону промышленности", - подчеркнул в беседе с корреспондентом "НГ" высокопоставленный сотрудник бывшего Миннауки, попросивший не называть его. Руководители промышленных предприятий, безусловно, проявляют повышенную активность; они понимают, что сейчас наступает самое горячее время - идет формирование финансовых потоков в новом министерстве. И если встанет вопрос, где брать деньги на развитие промышленности, то, естественно, пожертвуют наукой. Никакого разговора о платежеспособном спросе на результаты НИОКР со стороны промышленности не предвидится. Да и вообще надо учитывать, что около 80% ВВП сегодня создается негосударственным сектором экономики, с которым бесполезно разговаривать в приказном тоне.

Поднимать промышленность без уточнения на какой технологической базе - это просто лозунг; ее надо поднимать на новой основе, а основу эту создает наука.

Дело даже не в статусе ведомства, отвечающего за развитие науки в стране. Дело в том, что роль науки может очень резко упасть. О том, чем это чревато, предупреждает, например, Андрей Кокошин, директор Института проблем международной безопасности РАН: "Утрата фундаментальной науки, которая может произойти в ближайшие 3-5 лет по большинству направлений, обернется для нас даже более тяжелыми последствиями, чем утрата многих производств" ("НГ" от 26.05.2000 г.).

Как бы там ни было, но сейчас Минпромнауки - в подвешенном состоянии. Многие его сотрудники связывали определенные надежды с программной речью на представлении Александра Дондукова в качестве министра. Но она была скорее представительской, чем программной: мы большое внимание будем уделять промышленности; в центре внимания нашего будет, безусловно, наука; мы, конечно же, будем уделять внимание технологии - и все это обеспечит нам подъем экономики.

Подчеркиваю, речь не идет о том, чтобы отменить решение о создании Минпромнауки (хотя в разговоре со мной один из сотрудников центрального аппарата бывшего Миннауки предположил: "Я не исключаю возможности, что все вернется на круги своя. И, может быть, довольно скоро"). Речь о том, чтобы правильно расставить акценты в работе нового суперминистерства. Коротко говоря, если сегодня в его названии уже заложены приоритеты - Министерство промышленности, науки и технологии, то по логике инновационного развития надо бы как раз наоборот: науки, технологии и промышленности.