Дмитрий Пономарев Скептическая позиция руководства США стала основной причиной того, что этим летом не будут введены санкции против стран, которые не борются с отмыванием денег. В печальный список, представленный Организацией экономического сотрудничества и развития, кроме России, входят такие экзотические государства, как Сент-Винсет и Гренадины, Сент-Китс и Невис, острова Кука, Науру, Маршалловы острова, Доминика, а также Лихтенштейн, Ливан, Панама, Израиль, Филиппины, Багамские и Каймановы острова. Все эти страны известны своим мягким налоговым законодательством и отсутствием интереса к происхождению ввозимых денег. Поэтому неудивительно, что практически все офшорные фирмы базируются в этих тропических и не очень Эдемах.
Россия похвастаться подобными "достижениями" не может - в отличие от тех же островов Кука капитал в нее не ввозят, а ударными темпами (24-28 млрд. долл. в год) вывозят. В России не существует законодательства по борьбе с отмыванием капитала, огромную долю в экономике занимает теневой сектор, а содействуют международным усилиям по борьбе с легализацией преступных денег российские чиновники больше на словах, чем на деле.
Впрочем, это не означает, что России суждено и дальше находиться в числе стран, противящихся международному финансовому контролю: в Госдуме уже прошел первое чтение законопроект, ужесточающий борьбу с легализацией теневых капиталов, и есть все основания полагать, что его примут.
Однако Россия сама по себе интересует Запад только как источник грязных денег. Настоящую же войну ОЭСР объявила офшорным зонам, где и происходит отмывание теневого капитала. Проблема заключается в том, что, с одной стороны, западные государства серьезно обеспокоены перемещениями таких денег, но с другой - многие из налоговых оазисов действуют под прикрытием юрисдикции ведущих государств - США, Франции и Великобритании. Попытки же Организации экономического сотрудничества и развития в 1998 году ввести унифицированные с учетом рекомендаций ОЭСР налоговые правила для развитых государств натолкнулись на протесты Швейцарии и Лихтенштейна.
"Цюрихские гномы" рассудили, что это является посягательством на банковскую тайну, и попытались повлиять на процесс борьбы с офшорами. Тем не менее уже в прошлом году ОЭСР фактически предъявила странам, не собирающимся приводить свое налоговое законодательство в соответствие с международными нормами, ультиматум: либо они делают это за год, либо против них вводятся санкции.
При этом от недостатка рычагов воздействия ОЭСР не страдала. Одной из таких мер, в частности, рассматривалось требование FATF банкам сообщать о всех трансакциях со странами, попавшими в черный список. И все-таки объявленная война с офшорами и отмыванием нелегального капитала так и не началась. Это объясняется тем, что новая администрация Белого дома намерена пересмотреть подходы к решению этой проблемы и дать еще два года странам как из списка офшоров (35 государств), так и тем, кто не борется с отмыванием денег. Для России это означает, что в течение двух лет ей не придется столкнуться с санкциями, а к 2003 году депутаты Госдумы обязательно примут необходимый законопроект - тем более что сделать это несложно. Правда, надеяться, что после этого борьба с отмыванием теневых капиталов в России развернется по-настоящему, вряд ли придется - российская действительность и принимаемые законы часто существуют в разных плоскостях.
