Четыре занозы в теле реформы

Вчера правительство России одобрило ход пенсионной реформы. Сам премьер-министр Касьянов перед заседанием заявил, что пенсионная реформа в отличие от жилищно-коммунальной началась удачно. Сам Пенсионный фонд пообещал, что в будущем году пенсия будет индексирована трижды. Средняя трудовая пенсия будет увеличена более чем на 300 руб., и к концу года достигнет 1777 руб. в месяц. Однако за фасадом правительственного одобрения осталось огромное количество мелких "сучков и задоринок", которые омрачают торжество реформаторства в пенсионной сфере.

Главным таким "сучком" стал пакет законов о профессиональных пенсионных системах. Законопроекты уже были одобрены Думой в первом чтении - и тут выяснилось, что в них имеется огромное количество юридических недоработок, и вообще позиции Минэкономразвития и Пенсионного фонда России (ПФР) не согласованы.

Пакет новых законопроектов требует создавать отдельные пенсионные системы для тех, кто работает в особых условиях. Особые пенсионные системы, значит, повышенные пенсии, а это, в свою очередь, значит, что работодателям придется платить в ПФР дополнительные взносы. Между тем новые правила по нынешнему проекту должны охватывать только тех граждан, которые устраиваются на работу с 1 января 2003 года. Это побудит работодателей как можно больше работников записать как якобы приступивших к работе еще в 2002 году. ПФР терять дополнительные взносы, естественно, не хочет.

На вопрос, какая сегодня главная проблема пенсионной системы, Михаил Зурабов ответил, что и правительство, и Пенсионный фонд чрезвычайно обеспокоены размерами пенсии в северных регионах. Добыча нефти и других минеральных ресурсов приводит к росту уровня жизни, а значит, и дороговизны в этих районах. Однако доходы увеличиваются не у всех, а только у тех, кто занят в добывающей промышленности. В результате пенсии у жителей северных областей и округов составляют примерно 13-14% средних доходов. Жить на такую пенсию невозможно, а самое главное - ее не хватит, чтобы переехать в другой, более теплый регион. Какое решение имеется у этой проблемы - Зурабов не сказал, однако пообещал, что в ближайшее время Михаил Касьянов проведет на эту тему отдельное совещание.

Еще одной "занозой" в нашей пенсионной системе является неуступчивый характер московского мэра Лужкова. Правительство Москвы никак не передаст ПФР полномочия по назначению и выплате пенсий. Указ президента, предписывающий всем субъектам Федерации передать Пенсионному фонду соответствующие функции, вышел еще в 2000 году. 86 из 89 имеющихся в России регионов этот указ выполнили. В Северной Осетии и Хабаровском крае мероприятия по передаче функций идут в настоящее время. В столице дело не двигается с места. Пока, выражаясь языком чиновников ПФР, "Пенсионным фондом ...совместно с правительством Москвы рассматриваются вопросы взаимодействия..."

Среди всех этих трудно решаемых задач Пенсионному фонду приходится еще отбиваться от обвинений в растратах. В последнее время в печати появились сообщения о том, что Пенсионный фонд направил сверх бюджета 2 млрд. руб. на свое собственное социальное развитие. Но Михаил Зурабов с порога отверг эти обвинения. Да, у Пенсионного фонда есть сверхбюджетные доходы, образовывающиеся за счет пеней и штрафов. Но здесь все законно, и Счетная палата это подтвердила. Направляются эти расходы отнюдь не сотрудникам ПФР, а на финансирование домов престарелых и других социальных учреждений.