Инновации выдает лишь каждая десятая компания

Печатать дома пытались и в России. Фото РИА Новости

Всемирный экономический форум (ВЭФ) спрогнозировал, какие технологии могут повлиять на мир в ближайшие три–пять лет. Они охватывают сферы от строительства и агропрома до медицины и космоса. Как сообщили «НГ» в Высшей школе экономики (ВШЭ), у России инновационные заделы «не очень велики», но они есть: в химии, физике, клинической медицине, науках о космосе. Проблемой же остается фрагментарность, разрывы между наукой, бизнесом и вузами. По данным ВШЭ, доля инновационно-активных компаний в РФ в несколько раз ниже, чем в развитых странах, – около 11%.

Эксперты, приглашенные ВЭФ, составили список ключевых технологий, которые в ближайшее время, в течение трех–пяти лет, могут нарушить статус-кво и способствовать «реальному прогрессу».

Как уточняется в обнародованных материалах ВЭФ, несколько из этих технологий отвечают амбициозным целям по сокращению выбросов СО2 и борьбе с климатическими изменениями. Первым пунктом в своем списке эксперты ВЭФ упомянули сразу множество разработок, способствующих ускорению декарбонизации отраслей и масштабированию до промышленного уровня технологий, связанных с минимизацией углеродного следа на транспорте, в агропроме, энергетике. Это и низкоуглеродные или безуглеродные источники энергии, и сохранение энергии, и новые типы транспорта, и системы мониторинга выбросов и т.п.

Также климатической повестке отвечают агротехнологии по выведению и внедрению «самоудобряющихся» сельскохозяйственных культур – в частности кукурузы и других зерновых, способных самостоятельно производить азотные удобрения, – это следующий пункт из списка ВЭФ.

Еще один «экологический» пункт – промышленное производство «зеленого» аммиака, создание альтернативной версии процесса Хабера–Боша с использованием «зеленого» водорода.

Следующий пункт – технологии, позволяющие получать энергию от беспроводных сигналов (5G) для электропитания «умных» устройств, которых становится все больше как в жилых помещениях, так и в общественных пространствах и в целом в городах.

Несколько пунктов касаются медицины. В частности, упоминаются технологии для диагностики заболеваний по дыханию с применением специальных датчиков; «умные» беспроводные датчики для непрерывного и неинвазивного мониторинга состояния здоровья пациента, течения его болезни (например, диабета) по биомаркерам; персонификация лекарств – производство препаратов по запросу, сразу в необходимых для каждого случая дозах – в том числе в удаленных регионах на специальном портативном оборудовании; технологии, позволяющие замедлить старение, а точнее – продлить период «здоровой жизни» и отсрочить старт возрастных болезней благодаря специальному тестированию, отслеживанию биомаркеров и ранней диагностике.

Кроме того, эксперты ВЭФ упомянули технологии по 3D-печати домов с использованием локально доступных местных материалов: глины, песка, различных волокон. Также они указали и на технологии дистанционного зондирования Земли за счет использования различных «умных» устройств и микроспутников на низкой околоземной орбите – для сбора больших данных по самым разным аспектам: от состоянии почвы или урожая до социальной активности в регионах.

Как пояснил «НГ» директор Центра научно-технологического прогнозирования Института статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭЗ) НИУ ВШЭ Александр Чулок, надо понимать, что ВЭФ – международная организация, которая по факту совмещает две роли: «С одной стороны, они опираются на ряд научных исследований и научную базу, но не являются чистым исследовательским институтом. С другой – они реализуют очень серьезную политическую роль в мире. Об этом нельзя забывать, когда мы смотрим и ориентируемся на их прогнозы».

Те технологические направления, которые уже известны, давно обсуждаются профессионалами и в принципе они заложены как приоритеты и в системе японского технологического прогнозирования, и в национальной технологической «дорожной карте» Китая до 2050 года. Многое из того, что упоминает ВЭФ, было отмечено еще в Прогнозе научно-технологического развития РФ на период до 2030 года, сообщил также Чулок. 

«Например, 3D-печать или различные «умные устройства»: от сельского хозяйства до дистанционного зондирования Земли, технологии, которые могли бы послужить торможению процессов старения и продления периода здоровой жизни, нейроинтерфейсы, персонификация лекарств», – пояснил эксперт.

При этом Чулок уточнил, что вопрос все же не в том, сможет ли экономика РФ встроиться в ближайшие пять лет в обозначенную Всемирным экономическим форумом технологическую повестку, а в том, уверены ли мы, что хотим встраиваться в технологическую повестку, обозначенную таким многоликим международным органом, как ВЭФ. «Многие страны сейчас имеют свою национальную повестку», – сообщил эксперт.

Кроме этого, по его словам, не стоит забывать об уровне инновационной активности и в целом о состоянии национальной инновационной системы в России: «Она, к сожалению, до сих пор фрагментарна». «Эта фрагментация проявляется в разрывах между наукой, бизнесом и вузами, – пояснил Чулок. – Такая разорванность и фрагментарность национальной инновационной системы не позволяет быстро адаптироваться к изменениям, а это один из ключевых залогов конкурентоспособности даже не будущего, а настоящего».

По данным ИСИЭЗ НИУ ВШЭ, доля инновационно-активных компаний в РФ составляет 10,8%, сообщил «НГ» Чулок. «Это прирост по сравнению с прошлым годом – тогда показатель был 9,1%, но все равно в несколько раз ниже, чем в развитых странах, – сказал он. – Мы находимся на 9-м месте по расходам на НИОКР в мире. Наши расходы составляют 45,3 млрд долл. – это в 10 раз меньше по сравнению с США или Китаем».

При этом, как уточнил эксперт, заделы по перспективным технологиям в России хоть и «не очень велики», но тем не менее по ряду направлений они есть. В химии, физике, клинической медицине, науках о космосе, а с точки зрения секторов экономики у нас неплохие заделы в агропромышленном комплексе, спорттехе, финтехе, фудтехе, разработке компьютерных игр и цифровых двойников, перечислил Чулок. 

Так что диапазон тоже большой – от примыкающего к тренду на декарбонизацию восстановления биоразнообразия, агротуризма до креативных индустрий.

«Наше большое преимущество – очень талантливая молодежь, и мы видим, что молодеет возраст науки. Например, по недавним оценкам ИСИЭЗ НИУ ВШЭ, почти за 10 лет – с 2011 по 2020 год – удельный вес исследователей в возрасте до 39 лет в общей численности увеличился с 37,5 до 44,3%. Что очень хороший тренд», – говорит Чулок. Но эту молодежь надо замотивировать.

Кроме того, по его мнению, очень большое значение имеет междисциплинарность. В мире уже никому не нужна отдельная технология, нужны технологии как услуги, как упакованные продукты под ключ, пояснил Чулок. 

Нужны пакеты технологий под решение конкретной задачи, а не отдельно взятая инновация. Как считает эксперт, это всегда было нашей слабой стороной, но нам придется здесь встраиваться в общий тренд.