Звонок о катастрофе

Экокатастрофы становятся в последнее время обыденным явлением на Каспии. Фото с сайта www.fhn.gov.az

Природно-климатические условия Каспийского моря обуславливают высокие риски при офшорной добыче углеводородов, прежде всего при разливах нефти. Очередным подтверждением этого стали события, которые случились 4 декабря 2015 года на морской стационарной платформе № 10 в азербайджанской части Каспийского моря на месторождении «Гюнешли». 

В условиях шторма произошел разрыв газопровода высокого давления 110 атмосфер с последующей разгерметизацией скважины (по другим данным, возгорание газового коллектора). Это привело к возникновению сильного пожара, длившегося почти пять дней (см. спутниковый снимок от 8 декабря 2015 года, на котором шлейф дыма от платформы прослеживается до центра Южного Каспия). В результате этого происшествия из 63 нефтяников, работающих на платформе, погибло 10 человек, 20 числятся пропавшими. Следует напомнить, что в это же время была смыта жилая будка на месторождении «Нефт Дошлары» («Нефтяные камни») вместе с тремя нефтяниками, которые пополнили список погибших.

Декабрьские трагические события расширили список катастроф, которые произошли в последние годы на Каспии. В августе 2013 года произошел пожар на разведочной скважине № 90 газоподземного офшорного месторождения «Булла-Дениз», расположенного в 80 км к югу от Баку. Глубина моря на месторождении составляет 26,5 м. Возгорание произошло во время бурения на глубине 5868 м. В результате из-за высокого давления произошел выброс газа и возгорание, после чего начался пожар. Полностью справиться с возгоранием удалось лишь к концу октября. За этот период ежесуточно на скважине сжигалось 2,5–3 млн м3 газа.

Подобным авариям на Каспии предшествовали катастрофы в других регионах мира, где крупнейшие нефтегазовые компании ведут разработку шельфовых месторождений. Так, в 2010 году крупнейшая техногенная катастрофа случилась в Мексиканском заливе. Авария, пожар и разрушение нефтяной платформы Deepwater Hоrizon компании «Бритиш Петролеум» произошли на месторождении «Макондо». Тогда это стало очередным напоминанием об уязвимости даже высокотехнологичных разработок месторождений нефти и газа в морях и одновременно – прогнозом о возможности повторения подобного сценария на Каспии. И в определенной степени это оправдалось (см. статью «Ждет ли Каспий судьба Мексиканского залива?», «НГ-энергия» от 14.09.10).

Месторождение «Гюнешли», где случилась авария, входит в группу крупнейших шельфовых месторождений Азербайджана, среди которых «Чираг», «Азер», «Гюнешли». Они расположены в акватории Каспийского моря в 90 км к востоку от Апшеронского полуострова. Площадь блока составляет 432 км2, а глубина воды – 110–220 м. Нефть и газ добывается Государственной нефтяной компанией Азербайджанской Республики (ГНКАР), по данным которой, ежесуточная добыча нефти составляет 950 т и свыше 1 млн м3 газа. Доля этого месторождения составляет 65% всей добычи компании.

Добывающая платформа № 10 – это сложный инженерный комплекс, включающий 28 нефтяных и газовых скважин, систем трубопроводов со всем необходимым оборудованием для приема нефти и газа из скважин, возвышающаяся на 10 м над уровнем моря и жилым модулем. При этом трудно говорить о том, была ли рассчитана или учтена устойчивость платформы к такой силе шторма и волн, доходившими в день аварии до 10 м. 

Азербайджан не публиковал данные об экологических последствиях аварии на платформе № 10, но, судя по данным спутникового мониторинга, нефть частично попала в море. Авария не привела к крупному экологическому кризису в Каспийском море, но отрицать или замалчивать загрязнение моря нельзя. По данным ГНКАР, пожар был потушен только 17 декабря, то есть горение продолжалось 13 дней.

Любое происшествие на море, а тем более пожар на морской платформе вызывает ряд вопросов, которые появляются, когда сравниваешь информацию, публикуемую в СМИ и показанную в телевизионных новостях, с данными мониторинга. ГНКАР поспешило сделать заявление о том, что во время аварии утечки нефти в море не произошло. Однако не надо быть квалифицированным экологом, чтобы не знать, что в течение 10 дней пожара на платформе даже при прекращении эксплуатации скважин протечки будут, и к этому добавится еще результат работы спасательных судов. Собственно, это подтвердили данные, полученные с европейского спутника Sentinel-1A, определившего площадь загрязнения в 300 км2 (см. радиолокационный снимок со спутника Sentinel-1A от 7.12.15).

Ключевой проблемой для Каспия, что подтвердила и авария на платформе № 10, стало отсутствие постоянного комплексного спутникового мониторинга (включая радиолокационную съемку) всей акватории Каспийского моря. Это привело к отсутствию оперативной информации о нефтяном загрязнении в результате аварии. В условиях шторма и сплошной облачности обычная спутниковая информация была неэффективной по сравнению с радиолокационной съемкой, специально предназначенной для выявления случаев нефтяного загрязнения даже в облачных условиях.

Причина пожара на платформе пока точно не установлена, хотя и создана государственная комиссия в связи с аварией. Возможно, все спишут на штормовую погоду, человеческий фактор или технические неисправности.

 Так, в качестве одной из причин декабрьской аварии на Каспии называется штормовая погода со скоростью ветра в 40–45 м/с и волнением моря, достигающим 4–5 баллов. Высота волны в 8–10 м значительно затруднила проведение спасательных работ, в которых участвовали два судна, «Вихрь-5», «Вихрь-8», и буксир «Самир Гулиев», два вертолета и самолет «В-200 ЗS», водолазное судно «Авиор», которые занимались поиском пропавших нефтяников. Кроме того, два судна, «Светломор» и «Сунмар» МЧС, с целью предотвращения разлива нефти создавали боновые заграждения на поверхности воды.

Судя по имеющейся информации и рассказам очевидцев, на платформе не сработала система спасения людей, хотя платформа оборудована четырьмя спасательными шлюпками и плотами. Свою роль сыграла слабая подготовленность персонала к внештатным ситуациям. 

Для ГНКАР это второе серьезное происшествие на каспийских буровых платформах. Руководство компании много делает для совершенствования технологии добычи углеводородов со дна Каспия, но в связи с новой аварией, по-видимому, следует пересмотреть существующую концепцию офшорной добычи и заняться усовершенствованием системы безопасности, как это делается после аварий западными компаниями. Тем более что в соответствии с программой ГНКАР по стабилизации и увеличению объемов добычи на своих месторождениях планируется нарастить количество эксплуатационных скважин. 

Как показывает мировой опыт, не существует безаварийной добычи нефти и газа. Аварии происходили и случаются везде – в США, Норвегии, Венесуэле, Бразилии и других странах. Поэтому задача нефтегазовых компаний заключается в том, чтобы поднять технический уровень добычи нефти и газа, вести постоянный мониторинг объектов добычи, в том числе спутниковыми методами, и в случае аварий минимизировать ущерб экосистемам океанов и морей.