Елена Док СВОБОДА и ответственность художника - тема, которой посвящен открывшийся 26 октября пленум СК России, не вызвала большого энтузиазма в кинематографических кругах. Белый зал союза уж точно не ломился от публики, многочисленные телекамеры толпились у сцены, где за столом президиума возник Никита Михалков, председатель российского СК.
Главными фигурантами собрания стали его "вдохновители" и организаторы - киноведы. Докладчики - Марк Зак и Мирон Черненко взяли на себя труд запустить маховик, заржавевший от долгого неупотребления. Аудитория отвыкла внимать серьезным "ведческим" речам и оценкам. Сидела тихо, затаясь.
"Мы домолчались до того, что разучились говорить и мыслить", - подытожил Валерий Фомин. Его выступление, искреннее и резкое, переломило ситуацию. И понеслось! "Мы выпали из собственной национально-художественной традиции... Все фундаментальные представления об искусстве, его предназначении отброшены" (Валерий Фомин). "Суть искусства - в овладении формой, и она, форма, поможет нам обрести содержание" (Борис Бланк). "Любая война с прошлым - это война с будущим и отказ от настоящего (Наум Клейман). И - он же: "Перестаньте ныть, приходите в Музей кино, посмотрите, какие лица у ребят, наших постоянных зрителей!"
Оптимизм романтика Клеймана не перекрыла научная объективность Михаила Жабского - социолога, представившего устный портрет типового кинозрителя как "инертного и труднопрогнозируемого" субъекта. Недоверие этого зрителя к отечественному кино трудно переломить - надо найти новое эстетические качество, по которому он неосознанно тоскует. В качестве оптимального примера был назван михалковский "Сибирский цирюльник", но не упомянут (пока!) "Брат-2" Алексея Балабанова - лидер отечественного проката и видеопродаж.
Дарья Гармоненко 
