Андрей Скробот Молодежный экстремизм, в том числе движение «бритоголовых», развился в России до такой степени, что являет собой уже не просто одну из проблем охраны общественного порядка, а самую настоящую угрозу национальной безопасности. Таков лейтмотив состоявшегося вечером в понедельник закрытого оперативного совещания высокопоставленных сотрудников МВД и ФСБ. Силовики держали конфиденциальный совет в здании правоохранительного ведомства на Житной. Сам факт такого рода экстренной встречи позволяет предположить, что в головах ее организаторов произошел радикальный поворот. Ведь буквально до самого последнего времени высокопоставленные чиновники в погонах открыто заявляли, что никаких скинхедов ни в Москве, ни где бы то ни было нет, и вели речь о некоей «подростковой преступности» вообще. Теперь звучат совсем другие речи. «Сегодня России угрожает не отдельно взятая подростковая преступность, а крайние проявления экстремизма, одной из мишеней которого выступает самое дорогое и уязвимое – дети», – заявил, выступая перед коллегами, врио главы МВД генерал-полковник милиции Рашид Нургалиев. Как подчеркивалось в его докладе, «действующие в России «бритоголовые» исповедуют фашистскую идеологию», а «когда разобщенные и неструктурированные группировки скинхедов попадают под влияние сильного лидера, они становятся легкоуправляемыми отрядами».
Совещанию на Житной предшествовал приезд в Москву первого заместителя начальника ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области Владислава Пиотровского. 27 февраля генерал Пиотровский доложил Рашиду Нургалиеву о расследовании нашумевшего убийства таджикской девочки и о пресечении деятельности молодежных экстремистских группировок. Владислав Пиотровский заявил, что его сотрудниками «разобщены» несколько группировок экстремистской направленности: «Шульц-88», «Циклон-Б», «Джамбула-88». В то же время глава питерского ГУВД заметил, что в городе продолжают действовать 30 молодежных группировок, 17 из которых имеют ярко выраженную экстремистскую направленность.
На совещание в МВД журналистов не пригласили: на Житную съехались представители оперативных служб, и речь шла о ходе расследования ряда конкретных преступлений. Как сообщили «НГ» в Управлении информации МВД, «стратегический вопрос заключался в том, как наладить взаимодействие между милицией и контрразведкой по интересующим вопросам». «Нередко наши оперативные службы идут рядом, просто нога в ногу, но вот поделиться сведениями, помочь друг другу не хотят или просто не могут – часто сковывают многочисленные внутриведомственные указания и инструкции, – заявил корреспонденту «НГ» высокопоставленный сотрудник центрального аппарата МВД. – А как результат – новые и новые выступления тех же «бритоголовых».
Как отмечалось на совещании милиционеров и контрразведчиков, основная опасность исходит не от коротко стриженных мальчишек, причисляющих себя к скинхедам и зачастую не имеющих даже малейшего представления о корнях этого движения. Врагами номер один силовики назвали лидеров экстремистских группировок. Говоря о них, Нургалиев, в частности, отметил: «Это молодые люди, всем им далеко за 20 лет, и каждый из них, как правило, имеет обширное уголовное прошлое».
О чем конкретно договорились МВД и ФСБ, достоверной информации нет. Известны лишь заключительные слова Рашида Нургалиева: «Необходимо принять исчерпывающие меры по ликвидации факторов, питающих «чудовищный конвейер», поставляющий подростков в преступную среду и отчуждающий детей от интересов общества». В пресс-службе МВД говорят, что милиционеры отныне станут бороться с молодежным экстремизмом вместе с контрразведкой: «Будем разобщать группировки, тогда сможем взять под контроль не только их рядовых членов». В ЦОС ФСБ пока ничего не комментируют.
Вместе с тем борьба с молодежным экстремизмом – для России дело далеко не новое. О необходимости повышенного внимания к подростковой преступности президент Владимир Путин говорил еще два года назад на коллегиях силовых структур. Тогда же, в апреле 2002 года, представители МВД впервые заявили, что намерены «взять под жесткий и пристальный контроль деятельность существующих в России экстремистских молодежных организаций». А замначальника службы криминальной милиции МВД РФ генерал-лейтенант Михаил Никифоров пообещал, что «на каждую организацию будет заведено так называемое контрольно-наблюдательное дело». Но, похоже, предпринятые усилия желаемых результатов не дают.
Источники «НГ» в МВД утверждают, что справиться со «скинами» можно, лишь наладив прежде всего оперативную работу. Речь идет о внедрении в ряды неформальных группировок «бритоголовых» оперативных сотрудников. Однако сделать это очень сложно. Львиная доля нынешних скинхедов не достигла восемнадцатилетия, а значит, и внедряющийся в их среду сотрудник должен быть примерно такого же возраста. «Где нам взять 14-летнего милиционера?» – разводят руками в МВД. Не стоит забывать и о том, что в период с 2002 по 2004 год, по оценке «Московского бюро по правам человека», численность «бритоголовых» возросла с 30 до 50 тысяч человек, и действуют они в 85 российских городах. При этом в МВД нет специального подразделения, которое занималось бы этой проблемой. «Молодежной преступностью, в частности экстремизмом, занимается Главное управление по охране общественного порядка, – говорят в министерстве. – В частности, отделы по предупреждению и предотвращению преступлений среди несовершеннолетних. Кроме того, скинхедами также занимаются представители так называемого криминального блока МВД: это и сотрудники Главного управления по борьбе с оргпреступностью, и оперативники уголовного розыска, и борцы с оргпреступностью».
Пожалуй, в ведомстве генерала Нургалиева сегодня нет ни одного подразделения, которое не отчитывалось бы перед руководством о проделанной «антиэкстремистской» работе среди молодежи. Однако дикие выходки в отношении людей с иным цветом кожи не прекращаются.
