Свет традиции в подвале Лубянки

В кафе «ПирОГИ на Никольской» прошла презентация нового романа Юрия Мамлеева «Другой». Место для проведения данного мероприятия было выбрано на редкость удачно. Для тех, кто не в курсе, поясняю: «ПирОГИ на Никольской» расположены в классическом старомосковском подвале. Стены красного кирпича, высокие потолки, арчатые своды. Заходишь в кафе – и в памяти всплывают сцены из фильма Эйзенштейна «Иван Грозный».

Городская легенда гласит: в послереволюционные годы в этом помещении чекисты расстреливали врагов советской власти. Особо впечатлительные утверждают, что до сих пор на багряных стенах подвала, если присмотреться, можно заметить застарелые пятна запекшейся крови. Не берусь утверждать, правда это или вымысел, но своя аура и особенный мистический свет тут есть – темно-красное сияние. «Метафизический реализм», основателем которого является Юрий Мамлеев, именно здесь становится реальностью.

На презентацию пришла разнообразная публика: серьезные бородатые юноши с потусторонним смыслом в горящих взорах, прекрасные девушки-декадентки в черных платьях с золотой блесткой, бесшабашные студенты-хохотуны, подобно героям Мамлеева окунавшие лица в пиво. Интеллигентные завсегдатаи литературных вечеров терпеливо дожидались фуршета и аккуратно аплодировали в нужное время. В общем, все было правильно┘

Сергей Шаргунов, выступавший в роли ведущего вечера, отметил, что творчество Юрия Мамлеева находит живой отклик и в широкой молодежной, и в сугубо литературной среде. В России есть целая традиция метафизической или близкой к ней литературы. Например, Юрий Витальевич признает своего литературного наследника во Владимире Сорокине. Поэтому мы вправе обозначить Мамлеева и как родоначальника современного русского литературного мейнстрима.

Председатель Клуба метафизического реализма Сергей Сибирцев в своем выступлении указал на то, что Мамлеев является на сегодняшний день, пожалуй, одним из последних мастеров художественного слова, придерживающихся принципов древней Традиции. Действительно, Юрий Витальевич во многом продолжает метафизическую линию Рене Генона, описывает различные состояния реальности в соответствии с традиционными концепциями мироздания.

Публицист Федор Бирюков сравнил Мамлеева с Босхом: и тот, и другой красочно живописали ад. Страшно и смешно, с юмором и мистическим трепетом. Сам Юрий Витальевич охарактеризовал роман «Другой» как новый этап собственного творческого процесса. В частности, книга носит ярко выраженный социальный характер. Кроме того, роман отличается светлой, положительной направленностью, в отличие, скажем, от знаменитых «Шатунов». Это особенно наглядно проявилось, когда супруга Мамлеева Мария Александровна прочитала один из рассказов писателя, также вошедший в новое издание. Мизантропический, крайне жесткий рассказ. По окончании чтения Сергей Шаргунов заметил: «А вы экстремист, Юрий Витальевич! Настоящий экстремист!» Писатель в ответ улыбнулся.

В заключение Юрий Витальевич пообещал, что в скором времени читатели смогут ознакомиться с его очередным произведением. Но категорически отказался что-либо рассказать о замысле и его воплощении: метафизический реализм обязывает к таинственности. Так что будем ждать!