0
1132
Газета Факты, события Печатная версия

27.07.2022 20:30:00

Взгляд камня, черепахи или древней секвойи

В проекте «Бегемот Внутри» выступил Александр Фоменко

Тэги: поэзия, мифология, ростовнадону, таганрог, ставрополь, краснодар, заозерная школа, кавказская ссылка, парижская нота, эмигрант, георгий иванов, пушкин, дантес, эффект бабочки, роберт фрост, заболоцкий, губерман, давид самойлов


поэзия, мифология, ростов-на-дону, таганрог, ставрополь, краснодар, «заозерная школа», «кавказская ссылка», «парижская нота», эмигрант, георгий иванов, пушкин, дантес, «эффект бабочки», роберт фрост, заболоцкий, губерман, давид самойлов Александр Фоменко – носитель мифологического сознания. Фото Андрея Яшина

Куратор арт-проекта «Бегемот Внутри», базирующегося в малаховской «библиотеке над оврагом», Николай Милешкин начал с того, что признался: он не сразу разглядел героя вечера, со слуха его стихи казались «слишком традиционными», и лишь потом он увидел талант поэта.

Александр Фоменко – иллюстрация к моей теории о географических флюктуациях: есть сходные по количеству населения и климату города-соседи – например, Ростов-на-Дону и Таганрог, Ставрополь и Краснодар. Но в одном случае в городе вдруг возникает мощная поэтическая школа, а в другом – пустота. Так, в Ростове-на-Дону возникла в свое время «Заозерная школа», а в Ставрополе – группа «Кавказская ссылка», в которую входит Александр Фоменко.

Александр пишет будто бы просто, не заигрывая с новыми поэтическими формами, не ставя экспериментов ни над собой, ни над литературой. Но это – ловушка, и простота – кажущаяся. Поэт близок скорее к «парижской ноте», к эмигрантам первой волны – с их ясностью, кристальной прозрачностью, тоской, потерянностью и сомнениями, и при этом с цепким взглядом и самоиронией (например, Георгию Иванову и Анатолию Штейгеру). Автор говорит просто и внятно – о непростом и невнятном, и это редкое умение: обычно бывает наоборот. У него почти нет актуальных тем, стихов о любви, и почти нет юмористических стихов, в которых действуют иные механизмы. Это понятно: и смешное, и актуальное, и любовные эмоции – то, что проходит, не цепляясь, отвлекая от главного.

Взгляд Александра – это взгляд камня, тысячу лет лежавшего на одном месте и кем-то потревоженного; или столетней черепахи; или древней секвойи. Взгляд нечеловеческий, надчеловеческий, смещенный, брошенный из состояния до рождения или после смерти. Об этом он прекрасно знает сам: «Та часть меня, которая всегда,/ Эфира понапрасну не тревожит».

Поэта интересует альтернативный ход истории, отвергнутые сюжеты – то, что могло бы случиться. «Эффект бабочки» присутствует, например, в стихотворении «На смерть Дантеса», где история развивается так, что на дуэли ранен и погибает не Пушкин, а Дантес и смерть его покрыта забвением. Такого рода игры автор любит и в некоторых стихотворениях намекает на это, словно оставляя мелкие птичьи следы на песке. Это и стихотворение про паука, свалившегося в ванну с водой, где альтернативным ходом является отсутствие стихотворения: «К примеру, на ум не пришла бы строка,/ Достань из воды я того паука».

Фоменко – носитель редкого по нынешним временам мифологического сознания, когда в волшебство не играют, а живут в нем. Всё вокруг – одушевлено, у всего есть глаза и уши. Вещи, природные явления, птицы и травы разговаривают с человеком на равных. Когда мифологическое сознание – у поэта, появляются невозможные с логической точки зрения стихи, которые затягивают в воронку того странного мира, где «Каштаны падают, летит ворона в сени,/ Иначе как-то светят фонари». Вроде бы и ничего такого, но вот этот сдвиг – и обнажается сквозящее иное. То, что видят волшебники, звери и дети.

На традиционный вопрос куратора, кто повлиял на поэта, Александр назвал таких разных авторов, как Роберт Фрост, поздний Заболоцкий, Игорь Губерман, Самойлов; из тех, кто, возможно, не влиял, но которые интересны – Бахыт Кенжеев, Григорий Петухов, Дмитрий Плахов, ставропольский поэт Станислав Ливинский, Инна Домрачева, Сергей Ивкин, Борис Пейгин, Григорий Горнов и др.

Еще одна важная тема, присутствующая практически во всех стихах Александра, – тема смерти, ускользания, ухода. Смерть в его стихах является обыденным явлением, просто еще одним состоянием жизни. И потому переход в новое состояние – как по мосту – естественен, а жизнь – это некоторая подготовка к переходу, мост. Не случайно одно из важных для автора стихотворений – «Хранитель моста». Нет ни ужаса в смерти, ни бунта против нее – полное приятие и растворение – как у ребенка, – который еще не знает, что такое смерть – или слишком хорошо знает, помня свое предыдущее воплощение. «А снегу так уютно быть в снегу,/ Как памяти уютно быть в забвеньи» – кто написал это: снежинка, младенец или черепаха?


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Как Дон Кихот в дурацком колпаке

Как Дон Кихот в дурацком колпаке

Ольга Василевская

О стихах, похожих на разоренный книжный стеллаж

0
747
Мыл на кухне разную посуду

Мыл на кухне разную посуду

Дина Чупахина

Воспоминания о поэте, москвиче и бильярдисте Александре Межирове

0
527
И каплет на девичье лоно

И каплет на девичье лоно

Владимир Соловьев

К столетию «Эротических сонетов» Абрама Эфроса

0
1881
В поисках слова

В поисках слова

Борис Колымагин

«Поэтическое литературоведение» Сергея Бирюкова

0
450

Другие новости